ХАРАКТЕРИСТИКИ УБЕЖДЕНИЙ О ТАБАКОКУРЕНИИ СТУДЕНТОВ С РАЗЛИЧНЫМИ ЛИЧНОСТНЫМИ ОСОБЕННОСТЯМИ

В работе осуществлено изучение внутриличностных ресурсов, способствующих освобождению от табачной зависимости, в частности – убеждений о табакокурении, являющихся одной из наиболее очевидных форм обобщения и выражения опыта человека.Целью осуществляемого нами исследования выступило изучение характеристик убеждений о табакокурении студентов с различными личностными особенностями (локусом контроля, мотивационной направленностью, ценностными ориентациями и отношением к курению). Методологическими и теоретическими предпосылками исследования выступили: представления В.М. Бехтерева о триаде «убеждение – внушение – самовнушение» (2014); теория установки Д.Н. Узнадзе (1996); диспозиционная концепция регуляции поведения личности (В.А. Ядов, 2013); гипотеза об иерархической уровневой структуре установки как механизма регуляции деятельности (А.Г. Асмолов, 1996); модель социального программирования на табакокурение Г.А. Шичко (1969; 1981); представления о рациональном и эмпирическом (поведенческом) компонентах убеждения (А.А. Радугин, 2006); модель нейрологических уровней субъективного опыта человека (Р. Дилтс, 2010; 2013).

Преподаватель: Белова Екатерина Владимировна
Авторские права: Марченко Николай Владимирович

ДиссертацииПсихология
Просмотров: 36
Страниц: 91
Дата публикации: 2016-06-13

Николай Марченко

0
РЕЙТИНГ РАБОТЫ

Скачать Поделиться
Пожаловаться

МИНОБРНАУКИ РОССИИ Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Южный федеральный университет» Академия психологии и педагогики Кафедра социальной психологии и психологии личности Марченко Николай Владимирович ХАРАКТЕРИСТИКИ УБЕЖДЕНИЙ О ТАБАКОКУРЕНИИ СТУДЕНТОВ С РАЗЛИЧНЫМИ ЛИЧНОСТНЫМИ ОСОБЕННОСТЯМИ МАГИСТЕРСКАЯ ДИССЕРТАЦИЯ по направлению 37.04.01 – Психология Научный руководитель – к. психол. наук., доцент Белова Екатерина Владимировна Рецензент – педагог-психолог высш. категории Лезговко Людмила Алексеевна «К защите допускаю» и.о. зав. каф. социальной психологии и психологии личности канд. психол. наук, доцент Шкурко Т.А. ___________________________ Ростов-на-Дону – 2016

2 ОГЛАВЛЕНИЕ ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ ЛИЧНОСТНЫХ КОРРЕЛЯТОВ УБЕЖДЕНИЙ О ТАБАКОКУРЕНИИ.... 1.1. Психологическое содержание феномена убеждения................................ 1.2. Подходы к изучению убеждений в психологии.........................................22 1.3. Виды и характеристики убеждений..............................................................26 1.4. Общая характеристика табакокурения как привычки, психологической аддикции и зависимости........................................................33 1.5. Обзор исследований личностных особенностей лиц с различным отношением к табакокурению..............................................................................38 ГЛАВА 2. ЭМПИРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК УБЕЖДЕНИЙ О ТАБАКОКУРЕНИИ СТУДЕНТОВ С РАЗЛИЧНЫМИ ЛИЧНОСТНЫМИ ОСОБЕННОСТЯМИ..........................................................43 2.1. Цель, предмет, задачи, объект и гипотезы исследования.........................43 2.2. Методы и процедура исследования............................................................44 2.3. Сравнительный анализ характеристик убеждений о табакокурении студентов с различным отношением к курению...............................................51 2.4. Характеристики убеждений о табакокурении в связи с личностными особенностями студентов........................................................................................60 ЗАКЛЮЧЕНИЕ И ВЫВОДЫ...............................................................................70 ЛИТЕРАТУРА...........................................................................................................76 ПРИЛОЖЕНИЯ.......................................................................................................86

3 ВВЕДЕНИЕ Актуальность исследования. Сегодня поддержание концепции здорового образа жизни и его практическое воплощение поддерживаются обществом и выдвинуты российским государством в качестве одной из приоритетных задач, является одной из важнейших форм защиты полноценного здоровья населения. Одним из векторов в рамках этой программы является табакокурение. Знаковым в этом отношении является тот факт, что Шестая сессия Конференции Сторон (КС6) Рамочной конвенции ВОЗ по борьбе против табака (РКБТ) проходила в Москве с 13 по 18 октября 2014 г. По данным ежегодного доклада Всемирной Организации Здравоохранения за 2015 год «World Health Statistic 2015» одним из двенадцати указанных факторов риска, влияющих на здоровье населения, является курение табака. В России, исходя из последних данных ВОЗ по состоянию на 2012 год, табак курят 60,3 % мужского населения и 22,5 % женского, что в целом составляет 42,8 % всего населения в возрасте 15 лет и старше [86]. Табакокурение как самоотравление табачными интоксикантами можно рассматривать как один из видов химической аддикции [1;3] и выделить необходимыми условиями перехода курящего субъекта к здоровому образу жизни осознание самоотравления табаком как проблемы, возникновение желания освободиться от табачной зависимости, подкрепленного готовностью взять на себя ответственность за собственную жизнь. Сегодня накопилось достаточно теоретических и практических сведений в сферах психологии, психофизиологии, наркологии, свидетельствующих о том, что ведущую роль в приобщении к самоотравлению табаком и возникновении на это почве зависимости принадлежит не физиологическим механизмам, а именно психическим [76; 23]. Да и статистика мирового здравоохранения тому красноречивый

4 показатель, поскольку демонстрирует низкий коэффициент эффективности широко применяемых сегодня методов, когда решение проблемы самоотравления от табачных интоксикантов осуществляется только на стадии возникновения физической зависимости. Еще в 80-х годах двадцатого века выдающимся русским психофизиологом Г.А. Шичко, занимавшимся изучением второй сигнальной системы, а также вопросами социального программирования и освобождения от различных зависимостей человека. Ученый эмпирическим путем обосновал гипотезу о том, что ведущую роль в этом отношении играют убеждения индивида о том или ином виде интоксиканта (в том числе и табака), которые он получает из внешней социальной среды [4; 73;78]. Норвежский нарколог Х.О. Фекьяер, опираясь на теоретические изыскания, свою практику и анализ исследований методами «слепых тестов» и анализируя психофизиологические механизмы влияния наркотиков, алкоголя и табака на организм человека отмечает, что: «интоксиканты сами по себе не влияют на агрессивность, расторможение, тревожность, уверенность в себе, а все наблюдаемые проявления этих чувств являются лишь усвоенными истолкованиями весьма слабого и обычно неприятного фармакологического действия интоксиканта» [74]. Такое понимание более широко трактует общепринятый наркологии подход о природе воздействия табака на индивида. В его рамках принято понимать, что табачная зависимость возникает на фундаменте табакокурения как одним из видов химической аддикции, под которой подразумевают пагубную привычку, одну из форм девиантного поведения с формированием стремления к уходу от реальности [1]. Табачная зависимость выявляется у 90% людей, курящих табак ежедневно, остальные 10% имеют привычку к курению [67]. Такая форма поведения предшествует стадии химической зависимости от табака и имеет ряд стадий. Для возникновения аддиктивного поведения играют ведущую роль как личностные особенности таки влияние среды [10].

5 К исследованию табакокурения существуют различные подходы. Наиболее изученным фактором развития и поддержания привычки табакокурения является социальная обусловленность [8]. Разрабатываются подходы изучения личностных особенностей лиц, для преодоления различного рода ненормативных кризисов, к которым можно отнести и аддиктивное поведение. Один из таких подходов отражает анализ личностных ресурсов и представлен в работе Л.В. Сенкевич, И.Н. Базаркина [9]. Эти исследователи, опираясь на концепцию смысла жизни Д.А. Леонтьева, говорят о возможности профилактики и преодоления аддиктивного поведения путем целостного осмысления личностных характеристик, ответственных за успешную адаптацию человека, совладание с критическими ситуациями и ненормативными кризисами. Они рассматривают в качестве ресурса концепт жизнестойкость в качестве главного ресурса преодоления. Вслед за Д.А. Леонтьевым и Е.И. Рассказовой называют жизнестойкостью развивающуюся систему убеждений, состоящую из трех относительно независимых компонентов: вовлеченность, контроль, принятие риска, готовностью взять на себя ответственность за собственную жизнь [9]. В то же время исследований, посвященных личностным особенностям, способствующим возникновению привычки табакокурения в динамике а также их трансформации в процессе избавления от этой привычки найти не удалось. В связи с этим особого внимания заслуживает изучение внутриличностных ресурсов, способствующих освобождению от табачной зависимости, в частности – убеждений о табакокурении, являющихся одной из наиболее очевидных форм обобщения и выражения опыта человека. Освобождение от табачной зависимости начинается с осознания данной привычки как проблемы. Человек привыкает к никотину сильнее, чем к героину, кокаину или марихуане [81]. «Безопасный порог» курения отсутствует. Существует единственный способ, позволяющий курящему

6 человеку сохранить здоровье, - отказаться от курения. Непременное условие современных программ лечения табачной зависимости, ориентированных на полный отказ от курения - твердое решение пациента прекратить курение табака. Осознанное решение прекратить употреблять интоксиканты лишь один шаг в развитии личности. Но сделать этот шаг необходимо, ибо объективно интоксиканты ухудшают здоровье и способности личности и не дают ей полноценно развиваться. Целью осуществляемого нами исследования выступило изучение характеристик убеждений о табакокурении студентов с различными личностными особенностями (локусом контроля, мотивационной направленностью, ценностными ориентациями и отношением к курению). Предметом исследования являются характеристики убеждений о табакокурении студентов ВУЗа. Для достижения поставленной цели исследования необходимо решить следующие задачи: - теоретические: 1) осуществить анализ научных источников, посвященных убеждениям личности; 2) рассмотреть феномен убеждения, выступающий основанием для формирования психических механизмов зависимости; 3) проанализировать работы, посвященные изучению формирования представлений о психологической природе формирования табачной аддикции; 4) осуществить содержательный анализ понятий «аддикция», «зависимость», «привычка» и их соотношения; - методические: 5) подобрать методический инструментарий, адекватный изучению поставленной цели; 6) разработать схему контент-аналитического исследования характеристик убеждений о табакокурении;

7 - эмпирические: 7) осуществить сравнительный анализ характеристик убеждений о табакокурении респондентов с различным отношением к курению; 8) исследовать взаимосвязь компонентов убеждений с личностными локусом контроля, мотивационной направленностью и ценностными ориентациями респондентов. Объектом исследования выступили материалы анкетирования и тестирования студентов отделений «Практическая психология», «Психолог- тренер по обучению и развитию персонала» и «Психология управления человеческими ресурсами» Института психологии, управления и бизнеса ЮФУ, получающих второе высшее (психологическое) образование, в количестве 74 человек (из них 18 курящих, 24 бросивших курить, 32 некурящих). Для проведения исследования было решено осуществить набор респондентов из среды студентов различных специальностей. Прежде всего, это решение продиктовано тем фактом, что формирование представления о здоровом образе жизни, модели поведения с учетом этих представлений начинает приобретать наиболее четкие формы именно в период обучения в ВУЗе. Об этом свидетельствуют и ряд исследований. Кроме того, развитие убеждений, способных помочь человеку преодолеть тягу к табакокурению или избавиться от этой привычки важны именно на таком этапе развития когда с одной стороны индивид уже имеет ряд предпосылок и навыков для самостоятельного критического мышления (а, следовательно, имеет возможности для переоценки своих убеждений и самостоятельной выработки или репликации уже имеющихся убеждений, способных повлиять на выбор модели поведения). И в то же время, именно на этом этапе выработка своей системы убеждений способна по нашему мнению помочь выбрать наилучшую модель поведения, когда уровень здоровья молодых людей еще в достаточной мере высок. Таким образом, такая модель убеждения способна

8 помочь людям сохранить их ресурсы здоровья, когда они ими обладают в достаточной мере, избежать нанесения непоправимого ущерба здоровью от курения табака. Исходя из сказанного, важно понимать с какими моделями убеждений мы можем соприкоснуться на первом этапе, в каком состоянии находится эта система по умолчанию. Данные сведения могут быть полезны как в личной индивидуальной работе, так и в работе с терапевтом по профилактике и преодолению привычки табакокурения, так и в работе различных организаций, занимающихся профилактикой и оказанием помощи в преодолении химической аддикции от табакокурения и освобождении от привычки курения табака. В ходе теоретического анализа проблемы нами были выдвинуты следующие гипотезы: 1. Вероятно, характеристики убеждений о табакокурении студентов с различным отношением к курению отличаются. 2. Характеристики убеждений студентов о табакокурении могут быть связаны с их личностными особенностями (локусом контроля, мотивационной направленностью и ценностными ориентациями). Методологическими и теоретическими предпосылками исследования выступили: представления В.М. Бехтерева о триаде «убеждение – внушение – самовнушение» (2014); теория установки Д.Н. Узнадзе (1996); диспозиционная концепция регуляции поведения личности (В.А. Ядов, 2013); гипотеза об иерархической уровневой структуре установки как механизма регуляции деятельности (А.Г. Асмолов, 1996); модель социального программирования на табакокурение Г.А. Шичко (1969; 1981); представления о рациональном и эмпирическом (поведенческом) компонентах убеждения (А.А. Радугин, 2006); модель нейрологических уровней субъективного опыта человека (Р. Дилтс, 2010; 2013). В исследовании были использованы методы: 1) метод анкетирования;

9 2) метод психологического тестирования (методики «Семантический дифференциал» Ч.Осгуда, «Уровень субъективного контроля» Дж. Роттера, «Исследование ценностных ориентаций» М. Рокича, «Мотивация к успеху» и «Мотивация в избегании неудач» Т. Элерса); 3) метод контент-анализа; 4) методы математической статистики (ранговый коэффициент корреляции Спирмена; непараметрический анализ по Фридману; U- критерий сравнения двух выборок Манна-Уитни). Статистические расчеты производились с помощью компьютерных программ: Excel, и SPSS 17.0. Теоретическая и практическая значимость исследования. Полученные в данном исследовании результаты расширяют имеющиеся в психологии представления о влиянии убеждений на поведение и отношение личности и могут быть востребованы в рамках индивидуального консультирования по вопросам освобождения от привычки к табакокурению. Апробация работы. Материалы исследования представлены на XLIII научной конференции преподавателей, аспирантов и студентов Академии психологии и педагогики ЮФУ «Неделя науки» (г. Ростов-на-Дону, 2015 г.), международной научной конференции «Ананьевские чтения – 2015: Фундаментальные проблемы психологии» (г. Санкт-Петербург, 2015 г.) , III всероссийской научно-практической конференции (г.Махачкала, 5 ноября 2015 г.), II международном научном форуме «Интегративный подход в профилактике зависимостей в молодежной среде» (г. Ростов-на-Дону, 2015 г)., ХХII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов» (г.Москва, 2016 г.), на XLIV научной конференции Академии психологии и педагогики Южного федерального университета (г. Ростов-на-Дону, 2016 г.) [40;41;42]. Структура магистерской диссертации обусловлена целью и задачами научной работы, определена логикой исследуемой проблемы. Работа состоит

10 из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы и приложений. Список литературы насчитывает 91 наименование, 8 – на иностранном языке. Объем диссертации, включая приложение, составляет 91 страницу. Работа содержит 13 рисунков и 10 таблиц.

11 Глава 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ ЛИЧНОСТНЫХ КОРРЕЛЯТОВ УБЕЖДЕНИЙ О ТАБАКОКУРЕНИИ 1.1. Психологическое содержание феномена убеждения Центральным феноменом, исследуемым в нашей работе, выступает убеждение, понимание сущности которого в современной психологии и науке в целом довольно широко. В связи с этим одной из ключевых задач всего исследования и первичной целью теоретической его части становится сравнение различных подходов к пониманию этой дефиниции на базе различных теоретических моделей. Далее на этом фоне мы выделим ключевые компоненты понятия убеждения, которым мы будем руководствоваться в этом исследовании. Теоретический анализ различных подходов позволяет отметить, что с понятием убеждения тесно переплетается ряд других понятий. К ним относятся установка, социальная установка, аттитюд, диспозиция. Они подобно разным линзам позволяют сфокусироваться на тех или иных гранях одного феномена. В свою очередь каждое из приведенных понятий могут пониматься довольно широко. Также можно отметить, что категории «убеждения» близко понятие «верование», которые могут использоваться как взаимозаменяемые. Данная часть работы посвящена анализу и сравнению перечисленных теоретических моделей для формирования по возможности целостного образа и понимания феномена убеждение. Наиболее широко этот термин можно трактовать в двух значениях: как форму (канал) речевого воздействия или как личностную характеристику человека. Еще В.М. Бехтерев в своих трудах оперировал категорий убеждение. Он использовал его в триаде убеждение – внушение – самовнушение. Проводя их разграничение, автор указывал, что: «внушение и убеждение являются двумя основными формами воздействия одного лица на другое» [6,

12 с.38]. В.М. Бехтерев детерминировал убеждение, отталкиваясь от категории внушение, которой он уделял первостепенное внимание. Внушение в этом контексте понимается как «воздействие одного лица на другое путем непосредственного прививания идеи, чувства, эмоции и других психофизических состояний без участия личного сознания внушаемого лица» [7, с.43]. Убеждение же, по мнению автора, выступает как воздействие силой логики и доказательствами. Таким образом, в этом понимании и убеждение и внушения являются, по сути, категориями, описывающие внешние проявления процесса взаимодействия двух (или более) субъектов общения. Однако подробного анализа внутренних психических составляющих процесса убеждения В.М. Бехтерев не проводил. Он, прежде всего, понимал убеждения как форму воздействия, как процесс. Однако некоторые личностные особенности, связанные с этим процессом автор все же выделил: «может действовать преимущественно на лиц, обладающих здравой и сильной логикой, тогда как внушение действует не только на лиц со здравой логикой, но еще в большей мере и на лиц, обладающих недостаточной логикой, как например детей» [6, с.12]. Также ценность для нашего исследования представляет замечание в этом труде о том, что внушение и убеждение тем более действенно, чем более оно «оно не противоречит установившемуся мировоззрению» [6, там же]. По сути, здесь речь идет о ценностных ориентациях и картине мира как тех элементов структуры личности, которые в первую очередь влияют на эффективность убеждений и внушений как форм влияния на человека. Б.Д. Парыгин, проводя исследования в сфере социальной психологии, называет такие виды речевого воздействия как сообщение, внушение и убеждение [54]. При этом он указывает, что они, как правило, используются в совокупности, переплетаются и имеют расплывчатые границы. Кроме того автор относит убеждение к разновидности социальной установки, которая

13 «означает готовность действовать в соответствии с заданным значением» [54, с 235]. А.А. Радугин дифференцирует такие понятия как «верования» и «убеждения», рассматривая их как важнейшие структурные компоненты мировоззрения человека. Убеждение выступает в форме совокупности взглядов, оценок, норм и установок, определяющих отношение человека к миру и выступающих в качестве ориентиров и регуляторов его поведения. Для автора эта совокупность является «выражение внутренней уверенности субъекта в истинности идеи. Предметом убеждения является логически обоснованное и практически подтвержденное знание о действительности» [64]. Автор выделяет рациональный и эмпирический (или поведенческий) компоненты. По сути, категория убеждения сводится к категории знание, что на наш взгляд не полно отражает действительность. Верование же для автора носит характер знания еще не подтвержденного практикой. Такая концепция явно неполна, поскольку не учитывает иррациональный аффективный компонент убеждений, проявляющийся в виде всевозможных психологических защит. Когда попытка опровергнуть убеждения путем практической проверки не только не разрушала старых убеждений, но и заставляет формировать новые для их сохранения. Сегодня в когнитивно-бихевиоральных подходах, например концепция Г. Левенталя [89], рационально-эмотивной терапии (РЭТ) и НЛП ведется работа с убеждениями в рамках клинической практики и психологического консультирования. Эти направления оперируют единым термином «believes» – буквально «верования». В русскоязычном варианте устоялось понятие «убеждения». По сути, данные понятия сводятся к одному и тому же феномену. Практический интерес к теме влияния и роли убеждений вынуждал исследователей искать механизмы описания и управления этими процессами различных их проявлениях (личностном, социальном и прочих), что, по сути,

14 стало одной из причин появления различных подходов и точек фокуса на убеждениях. С формированием понимания феномена убеждения не только как процесса, но и как личной особенности, свойства личности появляется новая грань. Это различение между психологической убежденностью как веры человека в идею с одной стороны и убеждением человека как личностной характеристики. В последнем качестве она часто понимается как социальная установка или их совокупность - вектора личностной направленности, потенции для реализации какой-либо моделей поведения [52]. В виду этого важно осознать общие и отличные черты между убеждениями и установками. Классическое для психологии определение установки дал Д.Н. Узнадзе. Оно развивается учениками основанной им школы: Т.Т. Иосебадзе, Т.Ш. Иосебадзе, Ш. Н. Чхартишвили. Согласно этой теории установка представляет собой неосознанное психологическое состояние человека, базирующееся на его предшествующем опыте, предрасположенности к определенной активности в определенной ситуации. Установка имеет три ключевых компонента: поведенческий, аффективный и рациональный [73]. Кроме того установка выступает как феномен, который действует не на уровне сознания, а на уровне подсознания: «Установка не может быть отдельным актом сознания субъекта, она лишь модус его состояния, как целого, поэтому совершенно естественно считать, что если что у нас и протекает действительно бессознательно, так это в первую очередь, конечно, наша установка» [73]. Помимо этого для возникновения установки важно наличие потребности и ситуации для ее удовлетворения: «для возникновения установки в определенном направлении требуются условия субъективного и объективного характера, необходимо наличие как потребности, так и ситуации, в которой она может быть удовлетворена» [73]. А.Г. Асмолов, осуществляя дальнейшую теоретическую разработку теории установки в поле деятельностного подхода, предположил, что

15 установки могут отличаться между собой по значимости и силе воздействия на поведения: «содержание установки зависит от места объективного фактора, вызывающего эту установку, в структуре деятельности». Появляется концепция иерархии установок: «три иерархических уровня регуляции деятельности - уровни смысловых, целевых и операциональных установок» [1, 245]. А.Г. Асмолов выдвинул гипотезу об «иерархической уровневой структуре установки как механизма регуляции деятельности», опираясь на фундамент «положения Д. Н. Узнадзе об основополагающей роли объективного содержательного фактора установки и положения А.Н. Леонтьева об иерархическом строении деятельности». А.Г. Асмолов выделяет три уровня установок: смысловые, целевые, операциональные (Рисунок 1). Здесь наивысшую позицию в иерархии занимают смысловые установки, которые связаны с мотивами и выступающие «формой выражения личностного смысла в виде готовности к совершению определенной деятельности» [1, с.73]. Что представляет для нас наибольший интерес, так это тот факт, что согласно этой теории «смысловые установки могут быть как осознаваемы, так и неосознаваемы» [1, с.74]. Кроме того из всего сказанного выше логически вытекает такое свойство смысловой установки как фильтрующая функция по отношению к операциональным установкам. Определяя основные свойства смысловых установок, А.Г. Асмолов видит их изменения как преобразование «тех реальных жизненных отношений личности к действительности, которые они выражают в деятельности, изменением мотива деятельности». По мнению ученого это принципиальное отличие смысловых установок от категории «отношение», разработанной В.Н. Мясищевым, а также тождественной им категории «фиксированные социальные установки» в диспозиционной система В.А. Ядова.

16 Рисунок 1. Иерархия уровней установок А.Г. Асмолова Н.В. Корж, проводя анализ диспозиционной теории, рассматривает ее предпосылки возникновения и находит их в работах американских социологов У. Томаса и Ф. Знанецкого во введенной ими категории «социальная установка» [31]. Указанные авторы изучали процесс адаптации польских крестьян в Америке, в результате чего сформулировали положение, что социальная установка это «процесс индивидуального сознания, определяющий реальную или возможную активность индивида в социальном мире» [69]. В.А. Ядов указывал на общность происхождения установки, разрабатываемой школой Д.Н. Узнадзе и «представителей так называемого аттитюдного направления в американской психологии (attitude — отношение)». При этом разъясняя, что направления ушли в разные стороны: «Д.Н. Узнадзе с самого начала определял установку в качестве динамического образования как модус целостного субъекта, формирующийся

17 каждый раз заново в момент, непосредственно предшествующий данному поведенческому акту, то аттитюд «явился на сцену» в виде структурного понятия как фиксированная в психике индивида готовность к конкретному действию по отношению к данному объекту» [82, с.35]. То есть аттитюд – устойчивое психическое образование, а установка – ситуативно обусловленная. Каждое из названных направлений встретило определенные трудности на практике. Ярким примером, иллюстрирующим их выражение для «аттитюдного направления» стал так называемый Парадокс Лапьера. Одним из очевидных объяснений такого противоречия стала гипотеза о разных контекстах социальных установок (аттитюдов) и реального поведения и отсутствии между этими явлениями прямой связи. Это формировало понимание значения ситуативных детерминант. Такое понимание было разработано в теории установок школой Узнадзе. Изучая факторы, обуславливающие повеление человека в социуме, В.А. Ядов сконструировал диспозиционную концепцию регуляции поведения личности в парадигме социальной психологии. Ее суть заключается в том, что личность обладает дифференцированной структурой разных системных образований, которые регулируют его поведение и деятельность. Эти образования Ядов обозначил через понятие диспозиции. «Диспозиция» используется разными авторами в разных смыслах. Оно было заимствовано у О. Штерна, который использовал его с 1920-х годов и понимал под ним определенную предрасположенность субъекта к чему-либо [82]. По сути данным термином обозначается субъективная установка, предрасположенность личности к определенному типу поведения. Распространение данного термина обусловлено во многом благодаря известности психологической теории диспозиций личности Г. Оллпорта [48]. У Ядова диспозиции имеют иерархическую структуру. Критерием присвоения уровня в структуре выступает иерархия потребностей, имеющие ранг в зависимости от уровня включения личности в разные сферы

18 социальной деятельности. Диспозиции представляют собой различные состояния предрасположенности личности к восприятию условий деятельности, выраженной в готовности реализации соответствующей деятельности [8, с. 95]. Важнейшая функция диспозиционной системы - регуляция социального поведения человека. Поведение реализуется посредством целостной структуры (Рисунок 2): - первичный (низший) уровень образован системой элементарных фиксированных установок» (в значении, определенном Д.Н. Узнадзе); - второй уровень представлен системой социальных фиксированных установок; - третий уровень — общая (доминирующая) направленность интересов личности в определенные сферы социальной активности. Ядов полагал, что доминирующая направленность это «предрасположенность к идентификации с той или иной областью социальной деятельности» [61]; - четвертый (высший) уровень представляет собой систему ценностных ориентаций на цели жизнедеятельности и средства их достижения (терминальные и инструментальные ценности в соответствии с М. Рокичем); Таким образом, ценности Ядов рассматривает как социальные диспозиции наивысшего уровня. Также автор указывал, что самый высший уровень диспозиционной системы образован помимо ценностных ориентаций особым диспозиционным образованием, названным им «жизненные принципы или «концепция жизни» [61]. Так, преодолевая кризис в изучении феноменов установок и социальных установок (аттитюдов), ученый сформулировал новую концепцию. Значительным превосходством которой, в сравнении с предшествующими, является более тонкое и дифференцированное понимание формы влияния среды на индивида. Так внешняя среда оказывает на человека опосредованное воздействие через оценку субъектом её и своего места в ней. Возникновению диспозиции предшествует осознание личностью определенной потребности и условий, в которых эта потребность может быть удовлетворена. Социальное влияние в обществе создает ситуацию, в которой

19 данная потребность удовлетворяется предоставлением личности определенной информации. Благодаря этой ситуации установка формируется, закрепляется или изменяется в сознании личности. Рисунок 2. Иерархическая структура диспозиционной системы В.А. Ядова С развитием информационных технологий, потенциала вычислительных систем, кибернетики и вступлением в информационную эпоху человечества и науки как одной из важнейших форм его деятельности развивался и совершенствовался теоретический и практический научный аппарат. К одному из самых значимых достижений, полученных в результате такого скачка в развитии, следует отнести вывод моделирования различных процессов, дающего ключи к выработке понимания сложных системных процессов, в том числе биологических и психических. Описанные инструменты позволяют обоснованно рассматривать эти феномены как информационные процессы.

20 Все сказанное выше находит свое выражение в новом витке в развитии когнитивных и бихевиоральных парадигм в психологии, появлении и использовании компьютерной метафоры. Восприняли эти возможности и наш выдающийся отечественный психофизиолог Г.А. Шичко. Он, опираясь на открытия П.К. Анохина (теория о функциональных системах организма), В.М. Бехтерева (закон о нервно-психических процессах), И.П. Павлова (учение о второй сигнальной системе), И.М. Сеченова (учение рефлексах головного мозга), А.А. Ухтомского (теория о доминантах мышления и поведения), разработал метод по освобождению от табачной и алкогольной зависимости [42]. Сегодня его по достоинству оценивают многие специалисты [4; 57; 75]. В его фундамент заложена теория социального программирования на вредные привычки, а также изменение убеждений в сторону формирования трезвости. В соответствии с ней в основе обозначенных негативных факторов лежит психологическая запрограмированность – «комплекс временных связей, принуждающий человека периодически выполнять определенную социально- психологическую программу» [76]. Социальная психологическая программа в свою очередь представляет собой «совокупность однородных психофизиологических раздражителей социальной среды, производящих программирование человека» [76]. Всё вышесказанное справедливо и в отношении к табакокурению и употреблению алкоголя. Психологическая запрограмированность в свою очередь представляет собой структуру, основными элементами которой являются настроенность или установка на совершение каких-то действий и соответствующее убеждение. Г.А. Шичко опирался на результаты эмпирических исследований второй сигнальной системы и собственную многолетнюю практику в сфере освобождения от табачной, алкогольной и других зависимостей [77]. По мнению ученого ведущая роль в формировании зависимости принадлежит программе, а определяющим фактором в поддержании программой являются убеждения, а

21 не установка: «Решающее значение принадлежит не установке, а убеждению… они отличаются большой устойчивостью, люди действуют в соответствии с ними» [77, с. 42]. Поскольку данная теоретическая модель оперирует категорией убеждение, которая выступает основным предметом нашего теоретического исследования, ее более детальный анализ будет представлен в последующем параграфе. Таким образом, мы осуществили анализ некоторых основных теоретических концепций и категорий, связанных с понятием убеждения. К ним относятся установка, аттитюд, диспозиция, социальная программа. Они отражают разные взгляды на процессы прогнозирования поведения индивида. Это позволит нам на основании системного подхода в дальнейшем выделить основные характеристики изучаемого нами явления. Непосредственному анализу самого феномена убеждений в психологии будет посвящен следующий параграф. Важным выводом для нас выступает понимание того, что модель иерархии субъективного опыта находила отражение в диспозиционной теории В. А. Ядова, А.Г. Асмолова, которые имеют общие закономерности в сопоставлении с пирамидой нейрологических уровней Р. Дилтса. Уровень убеждений у Р. Дилтса сопоставим с уровнем «Смысловые установки» установок А.Г. Асмолова, положению между «Базовыми социальными установками» и «Ценностными ориентациями» у В.А. Ядова. Детальное описание пирамиды нейрологических уровней и места убеждений в ней будет осуществлено в последующем параграфе. На данном этапе стоит отметить, что каждая из описанных теоретических моделей отражает очень высокий приоритет убеждений и их комплексное влияние на нижележащие уровни. Обобщая вышесказанное, мы заключаем, что убеждения являются важнейшим компонентом внутреннего опыта человека, существенным образом влияющего на его поведение.

22 1.2. Подходы к изучению убеждений в психологии Цель данного параграфа выделить, систематизировать основные подходы к изучению феномена убеждений, используемых в современной психологической науке. В рамках нашего исследования мы рассматриваем убеждения как личностную характеристику человека. Развивая это положение, будет осуществлено дальнейшее изучение указанного феномена. Анализ различных точек зрения на психологическую природу убеждений личности был осуществлен Е.Н. Гомоновой, Е.Г. Денисовой и Е.В. Прокопьевой [12]. Они выделяли три основных вектора в пониманию данного психологического феномена. Исследователи указывают, что изучение природы убеждений в рамках психологического подхода находит отражение: 1. В социально-психологическом подходе (Ядов, Андреева) убеждения понимаются как социальные установки, характеризующие готовность человека определенным образом реагировать на актуальную для него потребность и ситуацию; 2. В рамках общепсихологического подхода убеждения ставятся в соответствие с мотивами личности, побуждающими ее поступать в соответствии со своим мировоззрением; убеждения рассматриваются как совокупность социальных установок человека в структуре его мировоззрения как системы взглядов на мир, на свое место в нем (общественно- политических, философских, этических, правовых и других норм). 3. Когнитивистский подход. Как указывают М.Падун и Н.Тарабрина, «базисные убеждения – один из основных конструктов когнитивно-экспериментальной теории С. Эпштейна. Согласно этой теории люди автоматически конструируют имплицитную «теорию реальности», которая включает два основных блока: теорию собственного «Я» и теорию окружающего мира, а также репрезентации отношений между «Я» и миром. В соответствии с основными потребностями личности С. Эпштейн выделяет

23 четыре базисных убеждения, составляющих имплицитную личностную теорию реальности: убеждение о доброжелательности окружающего мира; убеждение о справедливости окружающего мира; убеждение в том, что окру- жающим людям можно доверять; убеждение в собственной значимости [50]. В рамках нейролингвистического программирования специальное исследование убеждений предпринято Р. Дилтсом, которым изучалось уровневое строение субъективного опыта человека [3]. Убеждения рассматриваются как обобщения (генерализации) относительно окружающего мира и способов взаимодействия с ним, которые для личности выступают в качестве непреложных правил и закономерностей. [8, с.256]. В соответствии с предложенной им моделью нейрологических уровней (Рисунок 3), представления человека о мире, сформированные в процессе накопления опыта, не являются равнозначными друг другу и организованы иерархически по ценностному критерию. В этой иерархической структуре можно выделить шесть уровней: «Окружение», «Поведение», «Способности», «Убеждения/Ценности» (понятия разводятся, но по значимости эквивалентны), «Идентичность», «Миссия». Каждый из уровней функционирует на основании особых свойственных только ему принципов и организует информацию для нижележащего уровня. Перемены в представлениях на высших логических уровнях всегда вызывают соответствующие изменения на низших [7].

24 Рисунок 3. Модель нейрологических уровней Р. Дилтса Сильной стороной модели Р. Дилтса выступает то, что каждый из уровней может быть легко идентифицирован в речи человека. Так, уровень окружения отражается в ответах на вопросы «что?», «где?», «когда?», «кто?» (неконкретные существительные), поведения – представлен глаголами и так далее [59]. Убеждения согласно этой теории представляют собой не просто отдельный уровень – по сути это конструкты, обеспечивающие связь вышестоящих и нижних уровней, а также организующие взаимосвязи между единицами опыта одного уровня. Детальнее об этом речь пойдет в следующем параграфе. Итак, все перечисленные направления объединяет идея о связи убеждений с системой ценностей и определенном их влиянии на поведение. Это единственный момент, в котором сходятся все направления. В контексте социально-психологического подхода убеждения выражаются в готовности действовать определенным образом, в то время как общая психология

25 говорит о том, что убеждения сами по себе есть не просто готовность, а побуждения к деятельности, притом осознанные (высшие мотивы). В то же время в рамках НЛП считается, что большинство наших убеждений неосознанны, служат для восприятия и интерпретации реальности и могут быть как поддерживающими, так и ограничивающими. Таким образом различные подходы отражают разные стороны в понимании рассматриваемого феномена. Каждый из подходов дает нам основание для эмпирического изучения отдельных сторон наших убеждений, однако не дает единого понимания, что делает практически невозможным комплексное изучение феномена (бесспорно многомерного и неоднозначного). Все три направления апеллируют к связи убеждений с системой ценностей личности. Под ценностью понимается субъективно переживаемая или рационально оцениваемая значимость, важность чего-либо для индивида с точки зрения удовлетворения его потребностей или достижения некоторых целей. [3, c.729]. Ценности представляют собой один из важнейших и обязательных компонентов культуры и идеологии, включающий довольно общие по содержанию идеи о самых необходимых для человека и общества условиях существования. Обобщая все сказанное выше, мы заключаем, что наиболее общим подходом в изучении природы убеждений выступает подход, принятый в НЛП. Он имеет ряд достоинств, к которым мы относим его широту, которая несет потенциал в объединении разноплановых подходов, в принятии роли интегративной платформы. Кроме того, его достоинством выступает возможность точной идентификации индикаторов различных уровней, в частности – убеждений, в речи или тексте, что имеет высокую практическую ценность для нашего исследования.

26 1.3. Виды и характеристики убеждений Р. Дилтс, проводя анализ природы убеждений, заключает, что они представляют собой один из ключевых компонент «глубинной структуры» опыта, во многих отношениях определяют поверхностные структуры наших мыслей, слов и поступков. В подходе НЛП, для того чтобы глубинные структуры, например ценности (как более абстрактные и субъективные), могли вступить во взаимодействие с материальным окружением в форме конкретного поведения, они должны быть связаны с когнитивными процессами и возможностями посредством убеждений. Для того чтобы руководствоваться определенной ценностью, необходимо хотя бы наметить соответствующую ей систему убеждений [17]. Е. Залесский рассматривает убеждения как особые психические образования, обладающие специфическими функциями, служащие побудительным импульсом для отбора знаний и способов их практической реализации в проявлении личной позиции и основанием для выбора в качестве ориентиров определенной желаемой системы ценностей и норм [22]. Основа убеждения – знания, основой убежденности как личностной черты человека является убеждение и готовность отстаивать это убеждение на практике [8]. В ряде исследований утверждается: убежденность как синоним идейности – сложная функция, результат субъективного переживания индивидом собственных убеждений. Значит, это личностная черта определяет готовность человека к активному претворению убеждений на практике, противостояние попыткам изменить (конвертировать) эти убеждения, что важно в период, когда разворачивается борьба имиджей вузов-конкурентов в сознании индивида. Согласно С. Эпштейну, конструкты, которые люди строят при помощи рациональной системы, называются убеждениями, а конструкты, которые формируются в эмпирической системе, называются имплицитными

27 убеждениями или схемами. Схемы лежат в основе конструируемой человеком теории реальности, составляют ее фундамент. В НЛП убеждения являются содержанием одного из самых высоких (глубинных) уровней и выражают принципы, касающиеся личных взглядов человека, его отношений с другими людьми и принципиальных подходов к оценке ситуаций. Р. Дилтс предлагает делить убеждения на дающие возможности, поддерживающие субъекта в достижении цели, и ограничивающие, препятствующие ей. Ограничивающими убеждения являются для самого носителя, т.к. во многом сужают его возможности эффективно взаимодействовать с окружающим миром. В частности, было показано, что ограничивающие убеждения, не предусматривающие иных (чаще всего, по сравнению с собственными) вариантов мышления и поведения в определенной ситуации, выступают основанием интолерантного отношения и поведения субъекта [8]. Прежде всего, стоит сказать, что эта структура является своеобразной иерархической моделью опыта человека, которая изображается в форме пирамиды. Она имеет несколько уровней. Обычно говорят о шести уровнях. Г. Бэйтсон отмечал, что в процессах обучения, изменения и общения существуют естественные иерархии- классификации [3]. Функция каждого уровня заключается в организации информации на предшествующем ему более низком уровне. При этом правила изменения чего-либо на одном уровне отличается от правил изменения на более низком уровне. Изменение чего-либо на более низком уровне может, но не обязательно будет оказывать влияние на более высокие уровни; изменение же чего-либо на более высоких уровнях неизбежно влияет на более низкие уровни, призванные содействовать изменению на более высоком уровне. Бэйтсон отмечал, что именно это смешение логических уровней часто приводит к возникновению проблем. Р. Дилтс определяет следующие три типа ограничивающих убеждений: безнадежности, беспомощности и никчемности. Автор указывает, что они

28 оказывать огромное влияние на психическое и физическое здоровье человека [17]. Остановимся на видах ограничивающих убеждений подробнее. Безнадежность выражается как убежденность в том, что желаемая цель не достижима, вне зависимости от ваших возможностей. Беспомощность сводится к убежденности в желательности цели, ее достижимости, но субъективной неспособности достижения цели. Никчемность характеризуется как убежденность в том, что субъект не достоин реализации желаемой цели в силу определенных личных качеств или действий. Теперь детальнее рассмотрим конструкцию убеждений в рамках теоретического подхода этого теоретического подхода [18]. Согласно Р. Дилтсу, убеждение лингвистической точки зрения представляет собой трехкомпонентную структуру (два элемента опыта и взаимосвязь). Автор выделяет три основных типа убеждений. Их отличает характер взаимосвязи между компонентами (Рисунки 4 и 5). Рисунок 4. Структура убеждений причины-следствия и эквивалента у Р. Дилтса Такое сцепление может принимать форму тождества, когда одна часть убеждения равна другой - Р. Дилтс называет его «комплексный эквивалент» («А=В», например: «все люди – млекопитающие») или причинно следственной связи («если А, то В» », например: «табачный дым вызывает рак легких») [17]. Также помимо названных типов автор выделяет убеждения

29 об идентичности. В их структуре присутствуют три компонента: причина, значение и границы (Рисунок 5). По сути, убеждение об идентичности представляют собой наложения границ элементов убеждения. Рисунок 5. Структура убеждений причины-следствия и эквивалента у Р. Дилтса Кроме того, как мы уже означили ранее, убеждения связывают собой элементы субъективного опыта человека. Каждая из частей убеждения может относиться к одному из нейрологических уровней (как различных, так и равнозначных). Это понимание дает нам инструмент для выделения характеристик убеждений с точки зрения включенности в структуру убеждения того или иного уровня субъективного опыта. Следует полагать, что убеждения, в свою очередь будут образовывать свою иерархическую систему, то есть убеждения, содержащие в своей структуре блоки, относящиеся к различным уровням, в свою очередь будут организовываться в иерархии по тождественным принципам. Так, убеждения, содержащие в своей структуре компонент, относящийся к уровню «Идентичность» и

30 «Ценность» имеют большую значимость для субъекта, чем имеющее в структуре «Способность» и «Поведение». Указанная особенность свидетельствует о необходимости учета субъективной картины опыта при работе с убеждениями, поскольку для разных людей структура личного опыта может значимо различаться. Это положение перекликается с одним из ведущих признаков, положенным Г.А. Шичко в основу своего метода освобождения от табачной и алкогольной зависимостей, что очень актуально в ракурсе нашей темы исследования. Он получил название принцип сингулизма, который «… обязывает при поручении человеку каких-либо серьезных заданий, при использовании его в качестве испытуемого, при выборе приемов и методов воздействий учитывать особенности, которыми он обладает». Итак, автор разработал теорию социального программирования. В соответствии с ней в основе обозначенных негативных факторов лежит психологическая запрограмированность – «комплекс временных связей, принуждающий человека периодически выполнять определенную социально- психологическую программу». Социальная психологическая программа в свою очередь представляет собой «совокупность однородных психофизиологических раздражителей социальной среды, производящих программирование человека» [80, с. 37]. Структура программы содержит четыре блока (Рисунок 6).

31 Рисунок 6. Структура программы Г.А. Шичко Всё вышесказанное справедливо и в отношении к табакокурению и употреблению алкоголя. Основными элементами, поддерживающими психологическую запрограмированность, являются настроенность или установка на совершение каких-то действий и соответствующее убеждение (Рисунок 7). Рисунок 7. Запрограмированность на табакокурение и место убеждений в ней согласно Г.А. Шичко Г.А. Шичко опирался на результаты эмпирических исследований второй сигнальной системы и собственную многолетнюю практику в сфере

32 освобождения от табачной, алкогольной и других зависимостей [80]. Поведение индивидума отражает влияние внешней среды, формируется под его воздействием. Эти факторы способны закладывать определенные психические программы (не всегда деструктивные). Программирование может осуществляться как случайным образом, так и сознательно или комбинированно. По мнению ученого ведущая роль в формировании зависимости принадлежит программе, а определяющим фактором в поддержании программой являются убеждения, а не установка: «Решающее значение принадлежит не установке, а убеждению… они отличаются большой устойчивостью, люди действуют в соответствии с ними» [81, с.24]. Установка приводит к игнорированию отрицательных эффектов или инверсии негативных эффектов в субъективное переживание их как положительных. Этот механизм реализуется на психофизиологическом уровне на уровне первой сигнальной системы и не осознается человеком непосредственно. Он проявляется как способность реализовывать все представления об ожидаемом эффекте и его целесообразности в соответствии с убежденностью. Убеждения действуют на уровне второй сигнальной системы, они более стабильны и играют регулятивную роль по отношению к первой и установкам. Однако в силу большей инертности второй сигнальной системы установки проявляются в поведении гораздо раньше, в особенности, когда индивида вынуждают быстро принимать решения. Итак, мы обнаруживаем, что в теории Г.А. Шичко убеждения выступают как регуляторы более высокого порядка в сравнении с установками, что полностью совпадает с описанными нами ранее другими концепциями, в частности с моделью нейрологических уровней Р. Дилтса. Из этого логично вытекает заключение, что наибольшую эффективность в регуляции поведения можно получить с помощью операторов второй сигнальной системы, которыми и выступают убеждения.

33 1.4. Общая характеристика табакокурения как привычки, психологической аддикции и зависимости В данном параграфе мы намерены раскрыть суть таких ключевых для нашего исследования понятий привычка, зависимость и аддикция. Эти категории часто используются исследователями в отношении табакокурения, однако между собой они являются неравнозначными. Для корректного понимания сути изучаемого нами предмета и правильного планирования и проведения эмпирической части исследования следует разграничить данные дефиниции и определиться с терминологическим аппаратом, который будет применяться в нашем исследовании. Начнем с определения категории привычка. Если рассматривать его в русле учения И.П. Павлова о высшей нервной деятельности, то следует понимать под ним стереотипную деятельность, автоматизм: «Постоянно повторяющиеся и в определённом следовании перед животным внешние явления создают в полушариях определённую, так сказать, стереотипную деятельность. Всякое новое явление, или даже и старые, но в новой связи, нарушая этим стереотип, вызывают торможение, как и в наших опытах с изменением порядка условных раздражителей» [79]. Следовательно, привычка – это автоматизм в поведении индивида, действие, выполнение которого становится потребностью. Привычка табакокурения – частное проявление этого механизма. Для понимания алгоритма возникновения привычки табакокурения рассмотрим один из уровней воздействия никотина, содержащегося во вдыхаемом курильщиком табачном дыму на человека: “По ходу нервных стволов симпатические и парасимпатические ветви имеют узлы - нервные ганглии. Именно здесь происходит передача нервных импульсов с участием медиаторов. В различных частях вегетативной нервной системы медиаторы различны по химическому составу (ацетилхолин и адреналин).

34 Токсическое действие никотина проявляется именно в нервных узлах. Оно заключается в том, что никотин тормозит передачу нервных импульсов вплоть до блокирования ганглия, нервная клетка лишается способности воспринимать нервные импульсы и передавать их мышцам. Таким образом, это яд нервнопаралитического действия, способный нарушать основные моторные функции организма, и в первую очередь - дыхание, сокращение сердечной мышцы и мышечной активности в целом» [5]. Итак, мы видим, что привычка – понятие, характеризующее в первую очередь физиологический и психофизиологический механизмы. Однако понимание этого принципа еще не дает исчерпывающего ответа на вопрос о корне причин возникновения такого поведения, является не полным. Осознание этого способствовало привычка довольно частное и не дает ответа на вопрос о причинах. В поисках найти ответ на него формируется новая категория – аддикция (захватывающее (поведение), лат. addictus - слепо преданный, полностью, пристрастившийся к чему-либо, целиком подчинившийся кому-либо). Аддикция и аддиктивное поведение являются сравнительно молодыми категориями, и на данный момент среди психологов существует палитра мнений в их точном определении. Для большинства авторов, разрабатывающих указанную тему характерно понимание аддикции как одной из форм деструктивного поведения, причиняющего вред человеку и окружению. «Аддиктивное поведение – одна из форм отклоняющегося, девиантного, поведения с формированием стремления к уходу от реальности» [12]. С.Ф. Смагин характеризует поведение аддикта как «стремлении к уходу от реальности посредством изменения своего психического состояния, что достигается различными способами — фармакологическими (прием веществ, воздействующих на психику) и не фармакологическими (сосредоточение на определенных предметах и активностях, что

35 сопровождается развитием субъективно приятных эмоциональных состояний)» [66]. Исследования в сфере аддиктивного поведения смещают фокус внимания в рассмотрении данной проблемы в более широкие контексты, упор делается на всестороннем изучении психологических особенностях, обуславливающих такое поведение человека [9, 12, 38, 61]. Аддикция более широкое понятие, чем привычка, расширяющее взгляд на истоки проблемы: «… в возникновении аддиктивного поведения имеют значение личностные особенности и характер средовых воздействий. Аддиктивный подход к разрешению проблемных ситуаций зарождается в глубине психики» [66]. Аддиктивное поведение – категория, охватывающая широкое поле явлений, выражающихся в девиантном поведении индивида. Оно делится на два основных вида: химическая аддикция (алкоголизм, наркоманию, токсикоманию, табакокурение) и нехимическая аддикция (компьютерная аддикция, азартные игры, любовные аддикции, сексуальные аддикции, работоголизм, аддикции к еде (переедание, голодание, булимия) [12]. Итак, табакокурение рассматривается специалистами как вид химической аддикции. Теперь, когда нами были определены понятия привычка и аддикция можно приходить формулировке категории зависимость. Международная классификация болезней 10-го пересмотра (МКБ-10) выделяет четыре психических и поведенческих расстройства, вызванных употреблением табака (F17): F17.0 Острая интоксикация, F17.1 Пагубное употребление, F17.2 Синдром зависимости, F17.3 Абстинентное состояние, F17.4 Абстинентное состояние с делирием [44]. Нас, прежде всего, интересует синдром зависимости: «Комплекс поведенческих, познавательных и физиологических симптомов, который возникает после повторного использования вещества и обычно включает сильное желание принять его; трудности в контролировании его употребления; упорное продолжение его использования, несмотря на пагубные последствия; предпочтение

36 употребления психоактивного вещества в ущерб другим видам деятельности и выполнению обязанностей; возрастание допустимых пределов употребления и иногда состояние абстиненции. Синдром зависимости может быть по отношению к определенному веществу (например, табаку, алкоголю или диазепаму), классу веществ (например, опиоидным наркотикам) или к широкому ряду фармакологически различных психоактивных веществ». Зависимость диагностируется клинически по ряду признаков [44]: 1) чувство непреодолимой тяги к приему вещества; 2) трудности в контролировании поведения, связанного с приемом вещества; 3) физиологическое абстинентное состояние, возникающее, когда прием вещества прекращается или уменьшается; 4) признаки толерантности, проявляющиеся в необходимости повышения доз вещества для достижения эффектов, первоначально достигаемых при употреблении меньших доз; 5) прогрессирующее пренебрежение альтернативными удовольствиями или интересами из-за употребления психоактивного вещества; 6) продолжающееся употребление психоактивного вещества вопреки явным признакам очевидных вредных последствий . Итак, мы видим, что зависимость формируется не сразу, а лишь на определенном этапе табакокурения. Однако стоит принимать во внимание тот факт, что согласно исследованиям табачная зависимость проявлена у 90% курильщиков, которые курят табак каждый день, прочие имеют привычку к курению [44]. Теперь рассмотрим кратко механизм возникновения привычки и зависимости с точки зрения теории социального программирования на курение табака, предложенной Г.А. Шичко (Рисунок 8).

37 Рисунок 8. «Лестница Г.А. Шичко – модель социального программирования на табакокурение Достоинством этой модели является холизм - рассмотрение процесса формирования привычки и зависимости табакокурения во всех контекстах: физиологическом, психофизиологическом, психическом и социальном. Так возможно учитывать влияние наибольшего числа критических параметров формирующих зависимость в их взаимосвязи. Так, на первом этапе в неявной форме в обход сознательного понимания индивида социальная среда (родители, окружение, телевидение, реклама и прочие социальные факторы) создают предпосылки для формирования программы на самоотравлении табаком. В детстве в процессе естественного обучения индивид накапливает огромный объем опыта. Однако человек в этот период воспринимает информацию некритично и в обход его понимания он окружение создает фундамент программы через усвоенные им убеждения и формирование настроенности поступать в будущем вполне определённым образом. Далее происходит приобщение к табаку и так далее. Обобщая все вышеуказанное, отметим, что все формы аддиктивного поведения имеют, наряду с общими механизмами, свою специфику, которая, в особенности по отношению к некоторым из них, изучена недостаточно. В

38 нашем исследовании мы нацелены, прежде всего, на определение психологических коррелятов формирования убеждений о табакокурении. Поэтому следующий параграф будет посвящен более подробному рассмотрению личностных особенностей, которые имеют определенный вектор направленности и выраженность в зависимости от отношения субъекта к курению табака. 1.5. Обзор исследований личностных особенностей лиц с различным отношением к табакокурению Б. Сегал выделяет следующее психологические особенности лиц с аддиктивными формами поведения [89]: 1) снижение переносимости трудностей повседневной жизни, наряду с хорошей переносимостью кризисных ситуаций; 2) скрытый комплекс неполноценности, сочетающийся с внешне проявляемым превосходством; 3) внешняя социабельность, сочетающаяся со страхом перед стойкими эмоциональными контактами; 4) стремление говорить неправду; 5) стремление обвинять других, зная, что они невиновны. 6) Стремление уходить от ответственности в принятии решений; 7) стереотипность, повторяемость поведения; 8) зависимость; 9) тревожность Рассматривая различные подходы в изучении табакокурения, можно выделить различные подходы. Наиболее изученным фактором развития и поддержания привычки табакокурения является социальная обусловленность [8]. Разрабатываются подходы изучения личностных особенностей лиц, для преодоления различного рода ненормативных кризисов, к которым можно отнести и аддиктивное поведение. Один из таких подходов отражает анализ личностных ресурсов и представлен в работе Л.В. Сенкевич, И.Н. Базаркина [9]. Эти исследователи, опираясь на концепцию смысла жизни

39 Д.А. Леонтьева, говорят о возможности профилактики и преодоления аддиктивного поведения путем целостного осмысления личностных характеристик, ответственных за успешную адаптацию человека, совладание с критическими ситуациями и ненормативными кризисами. Они рассматривают в качестве ресурса концепт жизнестойкость в качестве главного ресурса преодоления. Вслед за Д.А. Леонтьевым и Е.И. Рассказовой называют жизнестойкостью развивающуюся систему убеждений, состоящую из трех относительно независимых компонентов: вовлеченность, контроль, принятие риска, готовностью взять на себя ответственность за собственную жизнь [9]. С.Ф. Смагин подчеркивает связь отношений с формированием у индивида аддиктивного поведения: «аддиктивность характеризуется установлением эмоциональных отношений, эмоциональных связей не с другими людьми, а с неодушевленным предметом или активностью» [68, с. 160]. Также автор указывает, то «важной особенностью аддиктивного поведения является возможность легкого перехода от одной формы аддикции к другой, от одного аддиктивного объекта к другому, с сохранением при этом основных аддитивных механизмов» [там же]. Важность отношений индивида в формировании зависимости от табака или напротив – освобождению от нее отмечается и В.П. Позняковым и при попытке проведения комплексного анализа социально-психологических исследований по проблеме табакокурения [58; 59]. А также М.А. Никитенко и А.В. Шаболтас, выявившими существенное влияние личностных и поведенческих особенностей, а также взаимоотношений в родительских семьях, на формирование зависимого от табака поведения [50]. Тему влияния ценностных ориентаций на деятельность человека, а также его отношение о табакокурению мы затрагивали в предыдущих параграфах. Существует множество исследовательских работ, посвященных этой тематике. Одним из исследователей, занимавшихся этой проблематикой,

40 является Н.А.Гринченко, проводившая изучение теории пронаркотического культурного поля в книгах В.М. Ловчева [14] и занимающаяся разработкой теории трезвости [15]. В свою очередь вполне очевидной является связь ценностей с мотивационной сферой личности [79]. Ряд исследований табакокурения освещает значимость мотивации в поддержании трезвости и освобождения от зависимости. «Оценка мотивационной составляющей поведения молодежи может стать ключевым фактором в достижении успеха профилактической работы. Именно мотивация определяет то, какой выбор сделает молодой человек в ситуации, когда ему дают закурить» – указывает Е.И. Дубровинская [20]. О.А. Суховская, С.С. Иванова, М.А. Смирнова изучая уровень поведенческой регуляции курящих, отмечают в свою очередь, что «Наличие высокой степени любого фактора курения сопровождалось низким уровнем поведенческой регуляции» [71]. О влиянии убеждений человека на его выбор модели поведения курильщика говорится в работах норвежского врача-нарколога Х.О. Фекьяера. Автор описывает, как вследствие социального усвоения люди используют употребление алкоголя, табака, и прочие интоксикантов как «оправдания, чтобы сохранить имидж и репутацию». Он отмечает: «Исследование показало, что люди склонны приписывать свои успехи личным качествам, тогда как неудачные и недопустимые действия в большинстве случаев приписываются внешним факторам» [76]. Также важным для нас выступает тот факт, что понимание Х.О. Фекьяером природы происхождения таких действий со стороны аддикта: «Усвоенные эффекты могут быть обусловлены эффектами ожидания или усвоенными истолкованиями. В таком случае эти эффекты будут наблюдаться только среди тех потребителей, кто был обучен психологическим эффектам» [там же, с. 46]. Такое видение согласуется с теорией социального программирования Г.А. Шичко. По сути, на уровне личностных особенностей одной из форм проявление этого феномена выступает как симптом

41 выученной беспомощности. Г. Бейкер занимался изучением поведения курильщиков марихуаны и пришел к выводу, что «вызываемые марихуаной чувства не являются автоматическими или обязательно приятными. Пристрастие к такому состоянию является социально приобретенным» [84,240]. Исследования особенностей табакокурения как формы проявления выученной беспомощности были предприняты Е.С. Глуховой и Э.А. Щегловой. Они отмечают, что «методологическими подходами к разработке программ коррекции и профилактики табакокурения как формы нарушения психологического здоровья человека должна стать профилактика синдрома выученной беспомощности, противостояния влиянию» [11]. Зачастую использование стратегию врученной беспомощности взаимосвязано с направленностью и выраженностью локуса контроля. В свою очередь исследование, предпринятое О.А. Харьковой, А.Г. Соловьевым и П.И. Сидоровым о взаимосвязи локуса контроля и никотиновой зависимостью у женщин во время беременности показывает, что локус контроля – важный фактор в предотвращении возникновения и освобождения от табачной зависимости: «Для некурящих школьниц был характерен внутренний ЛК в области достижений и здоровья… наиболее трудными для лечения и реабилитации табачной зависимости являются женщины с низкими показателями по шкале интернальности в области семейных отношений, имеющих достаточно низкую мотивацию отказа от курения во время беременности» [77, с. 42]. Опираясь на изложенные выше положения, мы полагаем целью настоящего исследования изучение характеристик убеждений студентов ВУЗа о табакокурении как форме самоотравления интоксикантами – продуктами возгорания табака в связи с их личными особенностями - локусом контроля, мотивационной направленностью, ценностными ориентациями и отношением к курению.

42

43 Глава 2. ЭМПИРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК УБЕЖДЕНИЙ О ТАБАКОКУРЕНИИ СТУДЕНТОВ С РАЗЛИЧНЫМИ ЛИЧНОСТНЫМИ ОСОБЕННОСТЯМИ 2.1. Цель, предмет, задачи, объект и гипотезы исследования Целью осуществляемого нами исследования выступило изучение характеристик убеждений о табакокурении студентов с различными личностными особенностями (локусом контроля, мотивационной направленностью, ценностными ориентациями и отношением к курению). Предметом исследования являются характеристики убеждений о табакокурении студентов ВУЗа. Объектом исследования выступили материалы анкетирования и тестирования студентов отделений «Практическая психология», «Психолог- тренер по обучению и развитию персонала» и «Психология управления человеческими ресурсами» Института психологии, управления и бизнеса ЮФУ, получающих второе высшее (психологическое) образование, в количестве 74 человека (из них 6 мужчин и 68 женщин в возрасте от 18 до 44 лет). Среди респондентов 18 курящих, 24 бросивших курить, 32 некурящих. Одним из обоснований формирования выборки выступил тот факт, что формирование представления о здоровом образе жизни, модели поведения с учетом этих представлений начинают приобретать наиболее четкие формы именно в период обучения в ВУЗе. Для достижения поставленной цели потребовалось решить следующие задачи: - методические: 1) подобрать методический инструментарий, адекватный изучению поставленной цели;

44 2) разработать схему контент-аналитического исследования характеристик убеждений о табакокурении; - эмпирических: 3) осуществить сравнительный анализ характеристик убеждений о табакокурении респондентов с различным отношением к курению; 4) исследовать взаимосвязь характеристик убеждений с локусом контроля, мотивационной направленностью и ценностными ориентациями респондентов. В ходе теоретического анализа проблемы нами были выдвинуты следующие гипотезы: 1. Вероятно, характеристики убеждений о табакокурении студентов с различным отношением к курению отличаются. 2. Характеристики убеждений студентов о табакокурении могут быть связаны с их личностными особенностями (локусом контроля, мотивационной направленностью и ценностными ориентациями). 2.2. Методы и процедура исследования В исследовании были использованы методы: 1) метод анкетирования; 2) метод психологического тестирования (методики «Семантический дифференциал» Ч.Осгуда, «Уровень субъективного контроля» Дж. Роттера, «Исследование ценностных ориентаций» М. Рокича, «Мотивация к успеху» и «Мотивация в избегании неудач» Т. Элерса); 3) метод контент-анализа; 4) методы математической статистики (ранговый коэффициент корреляции Спирмена; непараметрический анализ по Фридману). Для изучения особенностей убеждений студентов о табакокурении нами использовался метод анкетирования с дальнейшей контент-

45 аналитической обработкой данных. Бланк анкеты представлен в Приложении 1. Рассмотрев преимущества и недостатки метода контент-анализа, мы сочли его релевантным инструментом для изучения характеристик убеждений студентов ВУЗа о курении табака. В соответствии с требованиями, предъявляемыми к процедуре контент–анализа, нами был разработан категориальный аппарат контент–аналитического исследования. За единицу контент-анализа было принято предложение, так как именно оно является единицей выражения мысли, ее формирования и фиксации. Убеждение представлено в тексте как лингвистический конструкт, состоящий из двух частей. В зависимости от типа сочленения этих частей оно может иметь форму комплексного эквивалента или причины-следствия: структура «комплексного эквивалента» может быть выражена в форме «А = Б» или «А означает Б»; структура «причинно-следственных связей» выражена в форме «если А, то Б», а также помощью таких языковых конструкций как «вызывать» что-либо, «делать» чем-либо, «вынуждать» к чему-либо, «приводить» к чему-либо, «иметь результатом» что-либо и т.д. Теоретической моделью контент-аналитической обработки массива текстов анкетирования послужила модель нейрологических уровней Р. Дилтса. Автор, опираясь на теории Б. Рассела и Г. Бейтсона, предпринял специальное исследование убеждений личности и предложил модель уровневого строения субъективного опыта человека, согласно которой представления человека о мире, сформированные в процессе накопления опыта, организуются иерархически в соответствии с ценностным критерием. В этой структуре автор выделяет шесть нейрологических уровней, каждый из которых функционирует на основании особых, свойственных только ему принципов, и организует информацию для нижележащего уровня (Рис. 9).

46 Рисунок 9. Модель нейрологических уровней Р. Дилтса Перемены в представлениях на высших уровнях всегда вызывают соответствующие изменения на низших (Р. Дилтс, Т. Халлбом, С. Смит, 1993). Убеждения вместе с ценностями, вокруг которых они формируются, составляют отдельный уровень в этой структуре. Качественными единицами (категориями) контент-анализа выступили следующие: 1. Категория А – «Тип убеждения». Категория раскрывалась в следующих подкатегориях: – А1 – «Ограничивающее убеждение». Индикаторами данной подкатегории выступало лингвистическое выражение убежденности респондентов в том, что цель освободиться от привычки табакокурения недостижима, вне зависимости от имеющихся возможностей, что это трудно, невозможно или нежелательно, что курить сегодня – это естественно (например: «трудно бросить курить, когда нужно чем-то занять свои мысли», «трудно бросить курить человеку, который ежедневно испытывает стрессы»,

47 «труднее всего бросить курить человеку, который я»). Ограничивающие убеждения перекрывают доступ к ресурсам субъекта и приводят к снижению его веры в свои силы; – А2 – «Поддерживающее убеждение». Индикаторами данной подкатегории выступили убеждения респондентов, которые сами по себе являются психологическим ресурсом для освобождения от привычки (например: «бросить курить важно, т.к. курение стало сказываться на моем здоровье», «бросить курить возможно, т.к. я очень сильно захотела бросить курить», «я справилась с курением, т.к. хочу здоровых детей»). Поддерживающие убеждения облегчают доступ к личностным ресурсам, способствуют их интеграции и мотивируют субъекта на достижение цели; – А3 – «Прочее», к которой относились выражения, определение которых в одну из подкатегорий было затруднительно в силу их неоднозначности (например: «если человек курильщик, то я не испытываю ничего»). 2. Категория В – «Уровень организации субъективного опыта». Индикаторами данной категории выступили слова и словосочетания, указывающие на уровень в соответствии с пирамидой нейрологических уровней Р. Дилтса. Категория раскрывалась в следующих подкатегориях: – В1 – «Окружение». Индикаторами данной подкатегории выступили существительные и наречия, указывающие на объекты или ситуации, на внешнее окружение, внешний контекст, связанный с курением (например, «сигарета», «табак», «люди», «на улице»); – В2 – «Поведение». Индикаторами данной подкатегории выступили глаголы, описывающие действия и особые типы поведения, связанные с курением (например, «начинают курить снова», «бросить курить»); – В3 – «Способности». Индикаторами данной подкатегории выступили указания респондентов на способности, состояния, стратегии или качества, заявленные в контексте курения (например, «бросить курить не сложно» «пагубно влияет на здоровье», «если бы не лень – давно бросил курить»);

48 – В4 – «Ценности». Индикаторами данной подкатегории выступают существительные – номинализации, указывающие на явления, которые невозможно наблюдать непосредственно как материальные объекты (например, «здоровье - самое важное для человека», «имеет на это право»); – В5 – «Идентичность (Личностное своеобразие)». Индикаторами данной подкатегории выступили слова и выражения, отвечают на вопрос «Кто я?» и «Какой я?» в контексте курения (например, «мать двоих детей», «тот, кто курит - глупый и безвольный человек»); – В6 – «Прочее», к которой относились выражения, определение которых в одну из подкатегорий было затруднительно в силу их неоднозначности. Словарь индикаторов категорий контент-анализа приведен в Приложении 2. Количественной единицей контент-анализа явилась относительная частота встречаемости категорий и подкатегорий в тексте. На основании категорий и подкатегорий контент-анализа нами были определены две характеристики убеждений респондентов о табакокурении: – «Преобладающий тип убеждения» (отношение поддерживающих и ограничивающих убеждений к общему количеству убеждений, диагностированных в ответах респондентов); – «Локализация убеждений в структуре субъективного опыта» (отношение выраженности каждого из уровней субъективного опыта, диагностированного в контексте курения, к общему количеству выраженных респондентом убеждений). Мы выяснили, что содержание убеждений могут составлять явления, относящиеся к различным уровням организации человеком своего субъективного опыта: к уровню окружения («В моем окружении все курят, поэтому курю и я»); к уровню поведения («Пока не закурю – не сосредотачиваюсь»); к уровню способностей («Курение помогает выглядеть и общаться увереннее»); к уровню ценностей («Курение дает

49 уверенность и свободу»); к уровню идентичности («Курящий человек – норма нашего времени»). Для выявления отношений респондентов к табакокурению нами применялись методика «Семантический дифференциал» Ч. Осгуда. Метод семантического дифференциала является одним из методов построения субъективных семантических пространств, т.е. является психосемантическим методом. Он применяется в исследованиях, связанных с восприятием и поведением человека, с анализом социальных установок и личностных смыслов, в психологии и социологии, в теории массовых коммуникаций и рекламе, а также в эстетике. В нашем исследовании по заданному в методике набору шкал респондентам предлагалось оценить свое отношение к курению. Для диагностики локуса контроля респондентов использовалась методика «Уровень субъективного контроля», в основе которой лежит концепция локуса контроля Дж. Роттера. Однако у него локус контроля считается универсальным по отношению к любым типам ситуаций, авторы же методики исходили из того, что иногда возможны не только однонаправленные сочетания локуса контроля в различных по типу ситуациях, которые представлены как субшкалы «контроль в ситуациях достижения», «в ситуациях неудачи», «в области производственных и семейных отношений», «в области здоровья». Мотивационная направленность респондентов определялась по методикам диагностики мотивации к успеху и мотивации к избеганию неудач Т. Элерса. Автор опирался на разработки Д.С. Мак-Клелланда, который с помощью тематического апперцетивного теста (ТАТ) определял качественные личностные свойства проявления мотивации достижения. С точки зрения Д. Мак-Клелланда, мотивация достижения может развиваться и в зрелом возрасте в первую очередь, за счет обучения. Методика диагностики личности на мотивацию к избеганию неудач диагностирует, насколько сильно респонденты ориентированы на защиту, на избегание чрезмерно большого

50 риска, когда неудача угрожает престижу. Люди с низким уровнем мотивации к успеху проявляют неуверенность в себе, тяготятся выполняемой работой. Выполнение трудных заданий вызывает у них дискомфорт. Ценностные ориентации респондентов изучались с помощью методики «Исследование ценностных ориентаций» М. Рокича, которая позволяет исследовать направленность личности и определить ее отношение к окружающему миру, к другим людям, к себе самой, восприятие мира, ключевые мотивы поступков, основу «философии жизни». М. Рокич разграничивал терминальные и инструментальные ценности по принципу цель и средство достижения цели соответственно. Первые определялись им как убеждения в том, что какая-то конечная цель индивидуального существования (здоровье, счастье других) с по субъективной оценке человека стоят того, чтобы к ней стремиться; инструментальные ценности - как убеждения в том, что какой-то образ действий (например, аккуратность, рационализм) является с личной и общественной точек зрения предпочтительным в любых ситуациях. Полученные эмпирические данные далее обрабатывались с помощью методов математической статистики (использовался коэффициент ранговой корреляции Спирмена, U-критерий Манна — Уитни, распределение суммы квадратов независимых стандартных нормальных случайных величин.Х² ). Статистические расчеты производились с помощью компьютерных программ: Excel, и SPSS 17.0. 2.3. Сравнительный анализ характеристик убеждений о табакокурении студентов с различным отношением к курению Для проверки первой гипотезы исследования изучим, как связаны характеристики убеждений о табакокурении студентов с их отношением к курению.

51 Результаты изучения характеристики «Преобладающий тип убеждения» в связи с отношением респондентов, диагностированным по методике «Семантический дифференциал», приведены в Таблице 1. Таблица 1. Преобладающий тип убеждения в связи с отношением респондентов Тип убеждений & Заключение о значимости Spearman R p Семантический дифференциал связи Поддерживающие & О -0,233216 0,045531 Значимая обратная связь Поддерживающие & С -0,292410 0,011468 Значимая обратная связь Поддерживающие & А -0,329337 0,004167 Значимая обратная связь Ограничивающие & О 0,141163 0,230265 Незначимая связь Ограничивающие & С 0,110312 0,349458 Незначимая связь Ограничивающие & А 0,254281 0,028798 Значимая прямая связь Из Таблицы 1 следует, что студенты, в убеждениях о табакокурении которых доминируют поддерживающие убеждения, характеризуются более низкими показателями по шкалам «Оценка», «Сила» и «Отношение», выражающими их отношение к курению. Студенты же, которым свойственны в большей степени ограничивающие убеждения, отличаются более высокими показателями активности отношения к курению. Шкала «оценка» характеризует выраженность аффективного отношения субъекта к объекту отношения. Чем выше оценка фактора «Оценка», тем выше неосознанное переживание удовольствия от него. Шкала «активность» показывает готовность субъекта действовать в отношении объекта – чем выше уровень оценки по ней, тем готовность действовать выше. Шкала «сила» отражает волевой компонент – оценивая объект как «сильный», субъект испытывает напряжение, предвосхищая взаимодействие с ним и напротив: чем оценка по этой шкале ниже, тем более расслаблен субъект. Высокая оценка по фактору «активность» характеризует субъекта как испытывающего возбуждение,

52 готовящегося к быстрым действиям при встрече с объектом. Соотнося эти сведения с полученными данными, мы можем сделать заключение, что с повышением уровня ограничивающих убеждений в опыте человека по отношению к курению табака возрастает уровень его уровень возбуждения. Это будет выражаться как готовность к действию в зависимости от направленности субъекта: у курильщика это может вылиться в желание скорее удовлетворить свою привычку, а у тех, кто не курит – в возникновении внутренней готовности защищать свою позицию. Наличие же поддерживающих убеждений у человека способствует понижению отношения субъекта к курению табака по всем факторам: такой человек будет относиться курению более эмоционально сдержанно, не будет испытывать напряжения при встрече с ним, будет иметь более низкую готовность в реакции на этот объект, в том числе и меньшую готовность отстаивать свою позицию. Такой человек относится к курению более спокойно, в то же время это может послужить поводом для приобщения к табакокурению. Результаты изучения характеристики «Локализация убеждения в структуре субъективного опыта» в связи с отношением респондентов, диагностированным по методике «Семантический дифференциал», приведены в Таблице 2.

53 Таблица 2. Локализация убеждений в структуре субъективного опыта в связи с отношением респондентов Локализация убеждений & Заключение о значимости Spearman R p Семантический дифференциал связи Окружение & О 0,181868 0,120945 Незначимая связь Окружение & С 0,116038 0,324851 Незначимая связь Окружение & А 0,230353 0,048328 Значимая прямая связь Поведение & О 0,050818 0,667205 Незначимая связь Поведение & С 0,065759 0,577767 Незначимая связь Поведение & А -0,019193 0,871062 Незначимая связь Способности & О -0,078595 0,505654 Незначимая связь Способности & С -0,116976 0,320932 Незначимая связь Способности & А -0,060293 0,609843 Незначимая связь Ценности & О -0,152791 0,193729 Незначимая связь Ценности & С -0,028157 0,811776 Незначимая связь Ценности & А -0,183251 0,118096 Незначимая связь Идентичность & О -0,012311 0,917085 Незначимая связь Идентичность & С -0,076835 0,515261 Незначимая связь Идентичность & А -0,019596 0,868378 Незначимая связь Из Таблицы 2 следует, что высокие показатели отношения к курению по шкале «Активность» свойственны студентам, в убеждениях о табакокурении которых доминирует уровень окружения. Другими словами, чем больше выражен в структуре личного опыта субъекта этот уровень, тем выше его готовность к действиям при встрече с объектом, уровень эмоционального возбуждения. Уровень окружения отражает восприятие субъектом внешних объектов – окружающих людей, вещей и обстоятельств

54 жизни, причем независимо от того, ресурсом для здорового образа жизни или для поддержания зависимости это окружение является. Связь характеристик убеждений о табакокурении студентов с параметрами их отношения к курению отражена на Рисунке 10. Рисунок 10. Связь характеристик убеждений с параметрами отношения к курению Исследуем характеристики убеждений о табакокурении в группах студентов, по-разному практически реализующих своё отношение к курению. Группу никогда не куривших студентов (далее «некурящие») составили 30 человек, группу бросивших курить (далее «бросившие») – 27 человек, группу курящих и стремящихся бросить курить (далее «желающие бросить») – 7 человек, в группу курящих и не собирающихся бросать курить (далее «убежденные курильщики») вошли 10 человек. Осуществим межгрупповое сравнение убеждений респондентов о табакокурении по характеристике «Преобладающий тип убеждений» с помощью непараметрического критерия Манна-Уитни. Полученные результаты относительно выраженности поддерживающих убеждений студентов о табакокурении приведены в Таблице 3. Таблица 3.

55 Результаты исследования межгрупповых различий в выраженности поддерживающих убеждений курящих и некурящих студентов (&=0,05) Заключение о значимости Группы* U2эмпирический U2критический различий Некурящие / Бросившие 320,5 301 Не значимы Некурящие / 52,5 28 Не значимы Желающие бросить Некурящие / 130 96 Не значимы Убежденные курильщики Бросившие / 36 25 Не значимы Желающие бросить Бросившие / Значимы на уровне 88,5 83 Убежденные курильщики тенденции Желающие бросить / 19 7 Не значимы Убежденные курильщики Полученные результаты относительно выраженности ограничивающих убеждений студентов о табакокурении приведены в Таблице 4. Таблица 4. Результаты исследования межгрупповых различий в выраженности ограничивающих убеждений курящих и некурящих студентов (р=0,05) Заключение о значимости Группы* U2эмпирический U2критический различий Некурящие / Бросившие 369,5 301 Не значимы Некурящие / 52,5 28 Не значимы Желающие бросить Некурящие / 75 96 Значимы Убежденные курильщики Бросившие / 32,5 25 Не значимы Желающие бросить Бросившие / 84 86 Значимы Убежденные курильщики Желающие бросить / 19 7 Не значимы Убежденные курильщики Из Таблиц 3 и 4 следует, что между убеждениями о табакокурении курящих студентов, будь они убежденными курильщиками или желающими бросить курить, различий нет (это касается выраженности и поддерживающих, и ограничивающих убеждений). Такая же картина наблюдается и в убеждениях некурящих студентов (как бросивших курить,

56 так и никогда не куривших). Различия в выраженности поддерживающих убеждений (на уровне тенденции) наблюдаются между группами бросивших курить студентов и убежденных курильщиков (хср=0,99 и хср=0,51 соответственно). Явные различия обнаружились в выраженности ограничивающих убеждений никогда не куривших (хср=0,17) и бросивших курить студентов (хср=0,202), с одной стороны, и убежденных курильщиков (хср=0,42), с другой (в обоих случаях более выражены ограничивающие убеждения у убежденных курильщиков). Как мы видим, наличие ограничивающих убеждений в большей мере сказывается на поддержании привычки табакокурения, чем доминирование поддерживающих. Это дает основание утверждать, что ограничивающие убеждения снижают мотивацию к тому, чтобы бросить курить, блокируют волевые усилия к освобождению от зависимости и, вполне вероятно, создают «мировоззренческий фундамент» для того, чтобы отказаться от попыток бросить курить и стать «поборником» курения, рассматривая его, например, как проявление свободы личности. В группе бросивших курить студентов мы наблюдаем большую выраженность поддерживающих убеждений и ослабление ограничивающих, что может свидетельствовать как о том, что опыт конкретных усилий по освобождению от привычки послужили причиной укрепления у них поддерживающих убеждений, так и о том, что наличие у них поддерживающих убеждений изначально выступало мощным ресурсом для того, чтобы их обладатели смогли окончательно справиться с курением. Результаты межгруппового сравнения убеждений респондентов о табакокурении по характеристике «Преобладающий тип убеждений» представлены на Рисунке 11.

57 Рисунок 11. Преобладающий тип убеждений студентов разных групп Исследуем характеристику «Локализация убеждений в структуре субъективного опыта» респондентов рассматриваемых четырёх групп с помощью непараметрического анализа по Фридману. В группе некурящих студентов значимые различия в представленности различных уровней субъективного опыта в исследуемых убеждениях выявлены не были. По данной характеристике убеждения о табакокурении респондентов индивидуально своеобразны: нам представляется, что они соответствуют общим особенностям уровневого строения субъективного опыта некурящих студентов. Результаты изучения локализации убеждений в структуре субъективного опыта бросивших курить студентов представлены в Таблице 5. Таблица 5. Выраженность уровней субъективного опыта в убеждениях бросивших курить студентов Уровни субъективного опыта Средний ранг Порядок представленности Способности 4,907407 1 Поведение 3,648148 2 Окружение 2,555556 3 Ценности 2,500000 4 Идентичность 1,388889 5

58 Отраженные в Таблице результаты свидетельствуют о том, что в опыте бросивших курить студентов курение соотносится, прежде всего, с уровнем способностей, затем – с уровнями поведения и окружения опыта респондентов. Это свидетельствует о том, что убежденность в своих способностях, навыках, ресурсах естественно связывается с представлениями о способах собственного поведения и конкретных действиях, реализующихся во взаимодействии с социальным окружением и обстоятельствами жизни студентов данной группы. Другими словами, мы наблюдаем эффективную стратегию совладания с вредной привычкой, когда разнообразные внутренние ресурсы субъекта выражаются в его активности сообразно обстоятельствам жизни. Результаты изучения локализации убеждений в структуре субъективного опыта желающих бросить курить студентов представлены в Таблице 6. Таблица 6. Выраженность уровней субъективного опыта в убеждениях желающих бросить курить студентов Уровни субъективного опыта Средний ранг Порядок представленности Ценности 5,000000 1 Поведение 4,000000 2 Окружение 2,625000 3 Способности 1,750000 4 Идентичность 1,625000 5 Отраженные в Таблице результаты свидетельствуют о том, что в убеждениях желающих бросить курить студентов курение в первую очередь соотносится с их ценностями, которые, очевидно, рождают и поддерживают мотивацию к освобождению от вредной привычки и побуждают их предпринимать все новые попытки справиться с ней (уровень поведения занимает второе место в иерархии). Однако в отличие от бросивших курить студентов, уровень способностей, отражающий представления респондентов

59 о навыках, собственных качествах, опыте, способствующих преодолению зависимости, представлен в убеждениях слабо. Результаты изучения локализации убеждений в структуре субъективного опыта студентов - убежденных курильщиков представлены в Таблице 7. Таблица 7. Выраженность уровней субъективного опыта в убеждениях студентов - убежденных курильщиков Уровни субъективного опыта Средний ранг Порядок представленности Окружение 4,700000 1 Идентичность 3,950000 2 Ценности 2,850000 3 Поведение 2,050000 4 Способности 1,450000 5 Приведенные в Таблице результаты свидетельствуют о том, что в убеждениях респондентов данной группы уровни опыта, являющиеся ресурсом для активной реализации содержания убеждений – способности и основанное на них поведение – практически не представлены. Убеждения о табакокурении студентов – убежденных курильщиков локализованы преимущественно на уровнях окружения и идентичности, что может быть выражено принципом «В данном окружении я – таков». Результаты изучения характеристики «Локализация убеждений в структуре субъективного опыта» респондентов рассматриваемых групп отражены на Рисунке 12.

60 Рисунок 12. Локализация убеждений в структуре субъективного опыта студентов разных групп Таким образом, первая гипотеза нашего исследования о том, что характеристики убеждений о табакокурении студентов с различным отношением к курению могут отличаться, подтвердилась. 2.4. Характеристики убеждений о табакокурении в связи с личностными особенностями студентов Для проверки второй гипотезы нашего исследования о связи характеристик убеждений о табакокурении с личностными особенностями студентов используем корреляционный анализ по Спирмену. Характеристика «Преобладающий тип убеждений» не обнаружил значимых связей с локусом контроля респондентов. Характеристика «Локализация убеждений в структуре субъективного опыта респондента» оказалась связанной с уровнем субъективного контроля по двум параметрам (Таблица 8).

61 Таблица 8. Локализация убеждений в структуре субъективного опыта в связи с локусом контроля респондентов Локализация убеждений & Spearman Заключение о значимости p УСК Rs связи Поведение & Ис -0,231603 0,047090 Значимая обратная связь Способности & Ис 0,287826 0,012894 Значимая прямая связь Представляет интерес обнаруженная взаимосвязь между локализацией убеждений в структуре опыта и локусом контроля респондентов в сфере семейных отношений. Имеется значимая прямая связь интернальности / экстернальности в семейных отношениях и локализации опыта на уровне поведения, и значимая обратная связь с уровнем способностей. Таким образом, чем более выражена интернальность в семейной сфере, тем больше представлен уровень способностей в опыте респондентов и тем меньше выражен уровень окружения. То есть человек, берущий ответственность за семейную сферу на себя больше склонен обнаруживать и видеть способы решения тех или иных задач вместо того, чтобы искать причины проблем и ресурсы для достижения целей во внешнем окружении. То есть человек ищет ресурсы в себе самом – в своих способностях. Таким образом, семья становится мощным ресурсом для мобилизации сил на достижение целей. Также верно и то, что для людей, имеющих высокий локус контроля в сфере семейных отношения, это становится инструментом для освобождения от их привычки табакокурения и табачной зависимости. Характеристика «Преобладающий тип убеждений» также не связана с особенностями мотивации респондентов. А характеристика «Локализация убеждений в структуре субъективного опыта респондента» обнаружила связь с мотивацией исследуемых студентов по одному параметру: респонденты, в убеждениях о табакокурении которых доминирует уровень способностей, характеризуются выраженной мотивацией стремления к успеху (Rs=2,17 при

62 р=0,03). Видимо, именно интенсивная устремленность к успеху побуждает субъекта искать способы его достижения, что и составляет содержание уровня способностей в субъективном опыте человека. Так мы видим, что от типа убеждений (ограничивающее иди поддерживающее) не зависит мотивация к успеху или избегания неудач. Основную мотивирующую роль для человека играют именно способности. И это показывает их исключительную значимость для всей системы нейрологических уровней: они являются своего рода генератором мотивации на достижение поставленной цели, именно на этом уровне у человека формируется убеждения о том, может ли он чего-либо достичь, в его ли это силах. Осознание своих способностей и вера в них – это своеобразный «убедитель», запускающий все механизмы уровней опыта для достижения цели через мотивацию и поддерживающий выполнение деятельности до ее завершения. Корреляционный анализ не выявил связи характеристики «Преобладающий тип убеждений» ни с терминальными, ни с инструментальными ценностными ориентациями респондентов. Результаты изучения связи характеристики «Локализация убеждений в структуре субъективного опыта» с терминальными ценностными ориентациями респондентов приведены в Таблице 9. Учитывая особенности процедуры ранжирования, предусмотренной методикой изучения ценностных ориентаций, в соответствие с которой респондент присваивает наиболее важной ценности наименьший ранг, проинтерпретируем полученные результаты.

63 Таблица 9. Локализация убеждений в структуре субъективного опыта в связи с терминальными ценностными ориентациями респондентов Локализация убеждений & Заключение о значимости Терминальные ценностные Spearman R p связи ориентации Окружение & Красота природы и Прямая связь -0,221523 0,057854 искусства на уровне тенденции Обратная связь Окружение & Свобода 0,207679 0,075813 на уровне тенденции Ценности & Свобода 0,239403 0,039943 Значимая обратная связь Идентичность & Здоровье -0,271597 0,019244 Значимая прямая связь Идентичность & Красота природы -0,232395 0,046320 Значимая прямая связь и искусства Идентичность & Свобода 0,268254 0,020841 Значимая обратная связь Сопоставляя выраженность и характер корреляционных связей между результатами ранжирования терминальных ценностей и локализацией уровня убеждений в структуре опыта респондентов, мы наблюдаем наличие значимых прямых связей между уровнем идентичности и ценностными ориентациями здоровье, красоту природы и искусства, а также обратную значимую связь с ценностной ориентацией «Свобода». Таким образом, чем больше убеждение о табакокурении респондента в его субъективном опыте локализовано на уровне идентичности, тем выше в его иерархии ценностей находится здоровье, тем больше осознается его значимость. Эта же утверждение справедливо и в отношении понимания значимости восприятия красоты природы и искусства. Личность тем сильнее осознает себя, свою уникальность, неповторимость, сущностное своеобразие в отношении к курению, чем сильнее развито понимания ценности здоровья, естественности, места природы в жизни человека, чем выше положение красоты и гармонии. Ценность «Свобода», напротив, при повышении уровня осознания своей идентичности отводится на второй план.

64 Таким образом, человек понимая свою природу, глубинную сущность, значимость здоровья как природного качества, необходимого для гармоничного вписывания себя в естественную картину мира приходит к пониманию важности законов и правил, по которым этот природный мир функционирует и может оставаться в равновесии. В свою очередь это приводит к пониманию, что наилучших вариантов поведения в связи с выделенными критериями становиться меньше, и приводит к необходимости уменьшения степеней свободы, поиску чувства необходимой меры. Так человек, осознавая себя, делает выбор в сторону формирования более целостной, естественной и непротиворечивой структуры внутреннего опыта, связывающего его убеждения воедино. Это дает возможность лучше понимать себя и свою уникальность. В то же время это ведет к определенным самоограничениям. Также обнаружена обратная связь локализации убеждений на уровне ценностей и свободы в иерархии терминальных ценностей. При понижении значимости свободы человек больше склонен оперировать обобщениями на уровне ценностей. То есть, осознавая значимость определенных важных для него конечных целей индивидуального существования, человек приобретает понимание необходимости самоограничения. Для достижения важных жизненных целей, реализации своих высших ценностей человек формирует понимание значимости самодисциплины, чувства меры и отказа от произвола. Описанные выводы дополняют понимание взаимосвязей частоты локализации опыта на уровне Идентичности и сформированных в связи с этим уровнем убеждений человека и нивелирование значимости «Свободы» как терминальной ценности. Также отметим наличие прямой связи на уровне тенденции между увеличением в структуре убеждения представленности уровня окружения и значимости ценности «Красота природы и искусства», а также обратной связи на уровне тенденции со свободой. Здесь мы видим, что приоритет

65 ценности красоты природы / искусства формируется на уровне окружения – т.е. умения направлять свое внимание в окружающую среду, на объекты окружающего мира, выступающих в роли источников этой красоты и знаний о природе. Однако корень такой предрасположенности, как можно заключить из описанного выше, лежит в осознании значимости определенной ценности, из чего также вырастает понимание своей идентичности. В то же время, такая модель мировосприятия постоянно развивается за счет подпитки из внешнего мира, а не только идеалов и ценностей личности. Это находит отражение в субъективном опыте носителя такой картины мира и характеристиках лингвистических модулей (в частности, убеждений), которыми он оперирует: человек ищет подтверждения своим идеалам в окружающем мире, реализуя принцип «практика – критерий истины». И снова при этом имеется тенденция к понижению значимости терминальной ценности «Свобода». Вероятно, человек ищет подтверждения своего понимания природы и личной идентичности, опираясь на реальную картину мира, которую он наблюдает в своем окружении. От простого наблюдения и понимания явлений и фактов человек приходит к их соотнесением со своей картиной мира и идентичностью, что более жестко детерминирует собственное место в этой картине и понимания своего положения в мире в целом. Результаты изучения связи характеристики «Локализация убеждений в структуре субъективного опыта» с инструментальными ценностными ориентациями респондентов приведены в Таблице 10. Уровень идентичности в стуктуре убеждений о табакокурении студентов обнаружил значимые прямые связи с инструментальными ценностями «Самоконтроль», «Образованность» и «Независимость» и обратную – с ценностной ориентацией «Смелость в отстаивании мнения». В связи с этим обоснованно можно заключить, что на степень выраженности и

66 сформированность субъективного опыта на уровне идентичности положительно влияют значимость для личности указанных ценностей. Таблица 10. Локализация убеждений в структуре субъективного опыта в связи с инструментальными ценностными ориентациями респондентов Локализация убеждений & Заключение о значимости Spearman R p Инструментальные ценности связи Окружение & Терпимость -0,236646 0,042358 Значимая прямая связь Окружение & -0,204387 0,080679 Прямая связь Эффективность в делах на уровне тенденции Поведение & Жизнерадостность -0,229972 0,048710 Значимая прямая связь Обратная связь Поведение & Самоконтроль 0,193370 0,098793 на уровне тенденции Поведение & Твердая воля -0,231235 0,047451 Значимая прямая связь Прямая связь Способности & Аккуратность -0,222301 0,056957 на уровне тенденции Способности & Твердая воля 0,239869 0,039546 Значимая обратная связь Способности & Обратная связь 0,206107 0,078106 на уровне тенденции Эффективность в делах Идентичность & Независимость -0,263221 0,023459 Значимая прямая связь Идентичность & Образованность -0,282550 0,014722 Значимая прямая связь Идентичность & Самоконтроль -0,242434 0,037420 Значимая прямая связь Идентичность & Смелость в 0,241882 0,037870 Значимая обратная связь отстаивании мнения Справедливо и обратное: высокий уровень идентичности приводит к повышению в иерархии ценностей «Самоконтроль», «Образованность», «Независимость» и понижению рейтинга «Смелости в отстаивании мнения». Это может выражаться как систематичная рефлексия за соответствием идентичности личности и ее действиями во внешней среде, контролем над своим поведением. Такое положение приводит к повышению самоосознания и степени автономности индивида.

67 Проявлением такого понимания своей природы и автономности становится возрастание приоритета ценности «Независимость», поскольку такой человек ценит свою самодостаточность. Парадоксальным на первый взгляд может показаться в такой композиции обратная взаимосвязь уровня «Идентичность» и ценности «Смелость в отстаивании мнения». Однако при внимательном рассмотрении становится ясно, что этот кусочек мозаики указывает на то, что личность, понимающая свою сущностную природу, просто не видит ценности в необходимости кому-либо что-то доказывать: такой человек вкладывает свои ресурсы в движение к своей цели, а не на растрачивание их в борьбе с диссидентами. Таким образом, в случае необходимости человек по-прежнему может отстаивать свои границы, поскольку понимая свою идентичность способен ощущать их очень хорошо, но нужда добиваться своего до последнего уступает место более динамичным стратегиям поведения. При этом повышается значимость образованности, как необходимости постоянно повышать свою квалификацию в значимых сферах деятельности. Уровень «Способности» имеет значимую обратную корреляционную связь с «Твердой волей», прямую связь на уровне тенденции с «Аккуратностью», обратную связь на уровне тенденции с «Эффективностью в делах». При этом «Твердая воля» имеет сильную прямую связь с уровнем «Поведение». Данные показатели могут указывать на то, что люди, ставящие в приоритете твердую волю сосредоточены, прежде всего, на самом процессе достижения цели, на том, что должно делаться, и это важнее того, как действие будет реализовываться. Такой человек не задается вопросом, какой инструментарий следует выбрать для достижения цели, предпочитая включаться в действие здесь и сейчас, отводя прогностическую функцию на второй план. Таким образом, сосредотачивающиеся на уровне «поведение» - «люди дела», в большей степени отдаются влиянию текущего состояния, в меньшей

68 проявляют самоконтроль, что отразилось в обратной связи на уровне тенденции между характеристиками «Самоконтроль» и «Поведение». Те, кто высоко оценивают «Аккуратность» же напротив – проявляют тенденцию к проявлению в структуре личного опыта уровня «Способности» и более склонны к подбору нужных орудий для достижения целей. В то же время такой способ реагирования имеет и другую сторону: есть склонность к снижению приоритета цели перед средством ее достижения. Это видно по наличию обратной тенденции между показателями «Эффективность в делах» и «Способности». Однако это еще не означает, что человек полностью отрывается от реализации целей и целиком погружается в обдумывание способов ее достижения. Просто такие люди гораздо в меньшей степени способны следовать принципу «цель оправдывает средства» и тщательно следят за их соответствием. В то же время это может снижать скорость выполнения нужных задач, что имеет степень вероятности негативно сказываться на продуктивности. Однако это может компенсироваться за счет расширения личного опыта на уровне окружения – обнаружена положительная связь между ценностью «Эффективность в делах» и репрезентативностью уровня окружения на уровне тенденции. То есть, расширяя восприятие своего окружения способно играть компенсаторную функцию для наилучшей реализации потенциала, связанного с уровнем способностей. В свою очередь наблюдается положительные значимые связи между уровнем «Поведение» и ценностью «Жизнерадостность», а также между уровнем «Окружение» и ценностью терпимости. Данные показатели говорят о том, что человек, отдающий приоритет «Жизнерадостности» в большей степени действует «здесь и сейчас», сосредоточен на настоящем моменте. Люди же, считающие важной «Терпимость» больше склонны сосредотачиваться на окружении. Хотя верно и обратное: наличие в опыте человека широкого пласта убеждений, связанных с уровнем «Окружения»

69 делают человека менее критичным. Это может выражаться как в том, что человек будет более благожелательным, так и в том, что он «за деревьями леса не видит». Результаты изучения характеристик убеждений о табакокурении в связи с личностными особенностями студентов отражены на Рисунке 13. Рисунок 13. Взаимосвязь характеристики «Локализация убеждений о табакокурении в структуре субъективного опыта с ценностными ориентациями респондентов Таким образом, вторая гипотеза нашего исследования подтвердилась частично: с локусом контроля, мотивационной направленностью и ценностными ориентациями респондентов связана только характеристика

70 «Локализация убеждений о табакокурении в структуре субъективного опыта». ЗАКЛЮЧЕНИЕ И ВЫВОДЫ Целью настоящей работы являлось изучение характеристик убеждений о табакокурении студентов с различными личностными особенностями (локусом контроля, мотивационной направленностью, ценностными ориентациями и отношением к курению). В ходе работы осуществлен анализ научных источников, посвященных убеждениям личности; рассмотрены феномены, имеющие общее семантическое поле с убеждениями – аттитюды, установки, диспозиции; раскрыто значение убеждений как основания для формирования психических механизмов зависимости; проанализировать работы, посвященные изучению формирования табачной аддикции; осуществлен содержательный анализ понятий «аддикция», «зависимость», «привычка»; разработан методический инструментарий, адекватный изучению поставленной цели; разработана схема контент-аналитического исследования характеристик убеждений о табакокурении; осуществлен сравнительный анализ характеристик убеждений о табакокурении респондентов с различным отношением к курению; исследована взаимосвязь характеристик убеждений с локусом контроля, мотивационной направленностью и ценностными ориентациями респондентов. Таким образом, цель исследования достигнута, задачи решены. Полученные результаты подтверждают выдвинутые гипотезы и позволяют сделать ряд выводов. 1. Убеждения являются важнейшим компонентом внутреннего опыта человека, существенным образом влияющего на его поведение. Изучение

71 психологической сущности убеждений осуществлялось в рамках социально- психологического подхода (убеждения понимаются как социальные установки, характеризующие готовность человека определенным образом реагировать на актуальную для него потребность и ситуацию), общепсихологического подхода (убеждения ставятся в соответствие с мотивами личности, побуждающими ее поступать в соответствии со своим мировоззрением), когнитивистского подхода (базисные убеждения составляют имплицитную личностную теорию реальности), в рамках нейролингвистического программирования. 2. Вслед за Р.Дилтсом под убеждением мы понимаем вынесенное субъектом из индивидуального личного опыта правило (ментальное обобщение), имеющее для самого субъекта характер объективной закономерности (о самом себе, о других людях, об окружающем мире). 3. Табакокурение является одним из видов химической аддикции. Аддикция рассматривается как одна из форм деструктивного поведения, причиняющего вред человеку и окружению, как одна из форм отклоняющегося, девиантного, поведения с формированием стремления к уходу от реальности. Современные исследования в сфере аддиктивного поведения особое внимание уделяют рассмотрению психологических особенностей, обуславливающих такое поведение человека. 4. Характеристиками убеждений о табакокурении выступают «Преобладающий тип убеждения» (отношение поддерживающих и ограничивающих убеждений к общему количеству убеждений субъекта) и «Локализация убеждений в структуре субъективного опыта» (отношение выраженности каждого из уровней субъективного опыта, диагностированного в контексте курения, к общему количеству выраженных субъектом убеждений. 5. Характеристики убеждений о табакокурении студентов с различным отношением к курению отличаются:

72 - с повышением доли ограничивающих убеждений о табакокурении возрастает уровень возбуждения респондентов по отношению к курению. Это может выражается в повышении готовности к действию, например, как желание скорее удовлетворить свою привычку. Наличие же поддерживающих убеждений у человека способствует более спокойному отношению субъекта к курению: такой человек относится к курению более эмоционально сдержанно, не испытывает напряжения при встрече с ним; - чем сильнее локализованы убеждения студентов на уровне окружения, тем выше их готовность к действиям при встрече с объектом, уровень эмоционального возбуждения в связи с курением. Уровень окружения отражает восприятие субъектом внешних объектов – окружающих людей, вещей и обстоятельств жизни, – причем независимо от того, ресурсом для здорового образа жизни или для поддержания зависимости это окружение является. 6. Характеристики убеждений о табакокурении в группах студентов, по- разному практически реализующих своё отношение к курению (имеют / не имеют опыт курения), различаются: – наличие ограничивающих убеждений в большей мере сказывается на поддержании привычки табакокурения, чем доминирование поддерживающих. Явные различия обнаружились в выраженности ограничивающих убеждений никогда не куривших и бросивших курить студентов, с одной стороны, и убежденных курильщиков, с другой (в обоих случаях более выражены ограничивающие убеждения у убежденных курильщиков). Это дает основание утверждать, что ограничивающие убеждения снижают мотивацию к тому, чтобы бросить курить, блокируют волевые усилия к освобождению от зависимости и, вполне вероятно, создают «мировоззренческий фундамент» для того, чтобы отказаться от попыток бросить курить и стать «поборником» курения, рассматривая его, например, как проявление свободы личности;

73 - в группе бросивших курить студентов наблюдается большая выраженность поддерживающих убеждений и меньшая – ограничивающих, что может свидетельствовать как о том, что опыт конкретных усилий по освобождению от привычки послужили причиной укрепления у них поддерживающих убеждений, так и о том, что наличие у них поддерживающих убеждений изначально выступало мощным ресурсом для того, чтобы их обладатели смогли окончательно справиться с курением; – в опыте бросивших курить студентов курение соотносится, прежде всего, с уровнем способностей, затем – с уровнями поведения и окружения опыта респондентов. Это свидетельствует о том, что убежденность в своих способностях, навыках, ресурсах естественно связывается с представлениями о способах собственного поведения и конкретных действиях, реализующихся во взаимодействии с социальным окружением и обстоятельствами жизни студентов данной группы. Другими словами, для них характерна эффективная стратегия совладания с вредной привычкой, когда разнообразные внутренние ресурсы субъекта выражаются в его активности сообразно обстоятельствам жизни; – в убеждениях желающих бросить курить студентов курение в первую очередь соотносится с их ценностями, которые, очевидно, рождают и поддерживают мотивацию к освобождению от вредной привычки и побуждают их предпринимать все новые попытки справиться с ней (уровень поведения занимает второе место в иерархии). Однако в отличие от бросивших курить студентов, уровень способностей, отражающий представления респондентов о навыках, собственных качествах, опыте, способствующих преодолению зависимости, представлен в убеждениях слабо; – уровни опыта, являющиеся ресурсом для активной реализации содержания убеждений – способности и основанное на них поведение – практически не представлены в убеждениях «убежденных курильщиков»

74 (они локализованы преимущественно на уровнях окружения и идентичности, что может быть выражено принципом «В данном окружении я – таков»). 7. С личностными особенностями респондентов связана только характеристика «Локализация убеждений в структуре субъективного опыта»: – чем более выражена интернальность в семейной сфере, тем в большей степени убежения о табакокурении респондентов локализованы на уровне способностей: человек, берущий ответственность за семейную сферу сконцентрирован на способах решения тех или иных задач вместо того, чтобы искать причины проблем и ресурсы для достижения целей во внешнем окружении. Убеждения студентов с выраженной экстернальностью в области семейных отношений в большей мере локализованы на более низком уровне субъективного опыта – поведении; – респонденты, в убеждениях о табакокурении которых доминирует уровень способностей, характеризуются выраженной мотивацией стремления к успеху. Очевидно, именно интенсивная устремленность к успеху побуждает субъекта искать способы его достижения, что и составляет содержание уровня способностей в субъективном опыте человека; – убеждения студентов, высоко ценящих здоровье и красоту природы и искусства и низко оценивших ценность свободы, локализованы преимущественно на уровне идентичности. Личность тем сильнее осознает себя, свою уникальность, неповторимость, сущностное своеобразие в отношении к курению, чем сильнее развито понимания ценности здоровья, естественности, места природы в жизни человека, чем выше положение красоты и гармонии. Их убеждения о табакокурении также в большей, чем у других респондентов степени, локализованы на уровне окружения; – в убеждениях о табакокурении студентов, невысоко оценивших ценность свободы, также хорошо выражен ценностный уровень: в них большое место занимает убежденность в том, что важно и неважно, ценно и не имеет значения;

75 – в убеждениях студентов, признающих первостепенную важность самоконтроля, образованности, независимости и низко оценивших ценность смелости в отстаивании мнения, в большей степени выражен уровень идентичности; – в убеждениях студентов, высоко ценящих твердую волю, эффективность в делах и невысоко – аккуратность, практически не представлен уровень способностей; – предпочтение ценности «Жизнерадостность» характерно для респондентов, убеждения о табакокурении которых локализованы преимущественно на уровне поведения, а ценности терпимости – для респондентов с убеждениями, локализованными на уровне окружения. Перспективы дальнейшего исследования мы связываем с изучением убеждений о табакокурении в связи с отношением к здоровому образу жизни у разных категорий населения.

76 ЛИТЕРАТУРА 1. Асмолов А.Г. Культурно-историческая психология и конструирование миров. - Воронеж: НПО «МОДЭК», 1996. – 768 с. 2. Бейтсон Г. Экология разума. Избранные статьи по антропологии, психиатрии и эпистемологии: Пер. с англ. - М.: Смысл. 2000. - 476 с. 3. Белова Е.В., Марченко Н.В. Личностные основания преодоления никотиновой зависимости студентами вуза // Интегративный подход в профилактике зависимостей в молодежной среде: Материалы II Международного научного форума (Ростов-на-Дону, 2-4 декабря 2015 г). - Ростов-на-Дону: Издательство Южного федерального университета, 2015. 4. Белова Ю.Ю. Врачевание алкогольной зависимости методом Г.А. Шичко (на примере Республики Марий Эл) // Вестник КГПУ им. В.П. Астафьева. - 2011. - № 2. - С.157-163. 5. Бенюмов В.М., Костенко О.Р. Вред алкоголя, никотина, наркотиков. - М.: Просвещение, 2003. - 123 с. 6. Бехтерев В.М. Внушение и его роль в общественной жизни. - СПб.: Издательский дом «Питер», 2001. 7. Бехтерев В.М. Мозг и внушение.- М.: «Издательство АСТ», 2014.- 94 с. 8. Броуди Р. Психические вирусы. Методическое пособие для слушателей курса. «Современные психотехнологии». - Москва, 2002.- 192 с. 9. Бузук С.А. Особенности Я-идентичности у пациентов с аддиктивным поведением // Журнал ГрГМУ. - 2013. - № 3 (43). - С.74-76. 10.Глотова Г.А. К вопросу о системной природе установки // Психологический вестник Уральского государственного университета.- 2008. - Вып. 6. - С. 206-223. 11.Глухова Е.С., Щеглова Э.А. Исследования особенностей табакокурения как формы проявления выученной беспомощности в молодежной среде // Вестн. Том. гос. ун-та. - 2009. - № 329. - С. 201-206. 12.Гоголева А.В. Аддиктивное поведение и его профилактика // М.: Московский психолого-социальный институт. – 2002. - 240 с.

77 13.Гомонова Е.Н., Денисова Е.Г., Прокопьева Е.В. Теоретический анализ основных подходов к пониманию феномена убеждений личности // Сборник материалов международной научно-практической конференции «Современные проблемы и перспективы развития педагогики психологии». - Махачкала: ООО «Апробация», 2013. - С. 91-97. 14.Гринченко Н.А. Теория пронаркотического культурного поля в книгaх В. М. Ловчева // Инновационная наука. - 2016. - № 3-3. - С.229-234. 15.Гринченко Н.А. Трезвый образ жизни: курс лекций. – Ч. 1. Теория трезвости. – Елец: Елецкий государственный университет им. И.А. Бунина, 2010. – 315 с. 16.Гудси Ф.Б. Проблемы психологической зависимости от Интернета в современный период // Вектор науки Тольяттинского государственного университета. Серия: Педагогика, психология. - 2012. - № 1.- С.100-103. 17.Дилтс Р. Фокусы языка. Изменение убеждений с помощью НЛП / Пер. с англ. — СПб.: Питер, 2010. - 256 с. 18.Дилтс Р., Халлбом Т., Смит С. Убеждения и привычки. – СПб: Питер, 2013. - 224 с. 19.Диордиев М.Н. Сущность и структура понятия антинаркотической установки подростков // СИСП. - 2011.- № 3. - С.12. 20.Дубровинская Е.И. Социально-психолгические условия формирования мотивации первичного отказа от такакокурения среди студенческой молодежи. Диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук. - М. 2012. 21.Завьялов А. Е. Проблемы формирования здорового образа жизни в среде молодежи // Cистемная психология и социология. – 2015. - № 1 (13). 22.Залесский Г.Е. Мировоззрение и убеждения личности как психологические категории.- М.: МГУ, 1994. 23.Здоровый образ жизни российской молодёжи: материалы Международной научно-практической конференции, посвященной 5- летию программы утверждения и сохранения Трезвости в России

78 «Трезвость – воля народа!» / под ред. Н. Г. Хайруллиной. — Тюмень: ТюмГНГУ, 2014. - 324 с. 24.Здоровый образ жизни российской молодёжи: материалы Международной научно-практической конференции, посвященной 5- летию программы утверждения и сохранения Трезвости в России «Трезвость – воля народа!» / под ред. Н. Г. Хайруллиной. — Тюмень: ТюмГНГУ, 2014. — 324 с. 25.Иванова Н.А. Габитус как совокупность диспозиций: иерархическая структура или целостная система? // Вестник ТГУ. Философия. Социология. Политотлогия. - 2013. - №1 (21). - С. 133-145. 26.Игошев М.В. Система ценностей в формировании культуры самосохранительного поведения: концептуальный подход // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики.- Тамбов: Грамота, 2013.- № 9 (35): в 2-х ч. - Ч. I. - C. 59-62. 27.Калашникова С.А. Смысложизненные ориентации, базовые убеждения и стратегии поведения в трудных жизненных ситуациях людей с различными показателями жизнестойкости // Учёные записки ЗабГУ. Серия: Педагогика и психология. - 2011. - № 5.- С.161-167. 28.Князькина Ю.В. Коммуникативная диспозиция в системе индивидуации личности // Вестник АГАУ. - 2006. - №4.- С.86-90. 29.Кожокина О.М. Влияние типа темперамента и особенностей нервной системы на склонность к табакокурению у старшеклассников // Личность, семья и общество: вопросы педагогики и психологии. - 2015. № 51. - С.26-29. 30.Кожокина О.М., Колмыкова М.Р., Ряскин К.А., Гладнева В.П. Влияние типа темперамента и особенностей нервной системы на склонность к табакокурению старшеклассников // Личность, семья и общество: вопросы педагогики и психологии. - 2014. -№ 46.- С.12-16. 31.Кора Н.А. Критерии, показатели и уровни развития личностной безопасности студенческой молодежи // Вектор науки Тольяттинского

79 государственного университета. Серия: Педагогика, психология. - 2012. - № 3. - С.117-120. 32.Корж Н. В. Проблема ценностей и установок в социологии // Вопросы современной науки и практики. Университет им. В.И. Вернадского.- 2011.- № 3.- С. 327–332. 33.Кошарная Г.Б., Толубаева Н.В. Ценности и ценностные ориентации студенческой молодежи Поволжья: моногр. – Пенза: Изд-во Пенз. гос. ун-та, 2013. 34.Кошарная Г.Б., Корж Н.В. Ценностные основы консолидации населения России // Известия ВУЗов. Поволжский регион. Общественные науки. - 2015. - №1 (33). - С.185-191. 35.Лапин Н.И. Социокультурные факторы российской стагнации и модернизации // Социологические исследования. – 2011. – № 9. – С. 3. 36.Майерс Д. Социальная психология. СПб: Издательский дом « Питер», 2011. 37.Макарова Е.И. Опыт преодоления компьютерной зависимости у младших школьников с различным уровнем развития креативности // Вопросы современной науки и практики. Университет им. В.И. Вернадского.- 2011.- № 3.- С. 327–332. 38.Малинина Е.В., Андрющенко И.В. Табакокурение и наркопотребление как формы аддиктивного поведения студентов-медиков// Лечащий врач.- 2011.- [Электронный ресурс].- Режим доступа: http://www. lvrach. ru/2011/10/15435286. 39.Марков И.В. Изучение отношения к табакокурению студентов факультета физической культуры, спорта и туризма // Студенческаяя наука и XXI век. Издательство: Марийский государственный университет (Йошкар-Ола).- 2014. - № 11. - С. 64-66. 40.Марченко Н.В. Отношение студентов к курению в связи с их личностными особенностями // Ананьевские чтения – 2015: Фундаментальные проблемы психологии: материалы научной конференции, 20-22 октября 2015 г. / отв. ред. В.М. Аллахвердов. – СПб.: СПбГУ. Скифия-принт, 2015. - С. 140-141.

80 41.Марченко Н.В., Белова Е.В. Особенности убеждений о привычке табакокурения курящих и бросивших курить студентов // Актуальные вопросы психологии здоровья и психосоматики. Материалы Всероссийской научно-практической конференции (г.Махачкала, 5 ноября 2015 г.). – Махачкала: АЛЕФ, 2015. – С. 183-189. 42.Маютов А.Н. Собриология. Наука об отрезвлении общества. /Под ред. проф. А.Н. Маюрова. Н. Новгород: «Издательский салон» ИП Гладкова О.В., 2013. - 543с. 43.Международная статистическая классификация болезней и проблем, связанных со здоровьем : МКБ-10.Т. 1, ч. 1 / ВОЗ ; сост.: В. К. Овчаров, М. В. Максимова. - М. : Медицина, 1995. - 698 с. 44.Миронова Н.В. Структура и уровень самоактуализации пациентов с алкогольной зависимостью на разных сроках ремиссии заболевания Вестник ЮУрГУ. Серия «Психология". – 2014. - Том 7. - № 4. 45.Мирошниченко С.С., Денисова Е.Г., Гомонова Е.Н. Характерологические корреляты дисфункциональных убеждений студентов-психологов // Северо-Кавказский психологический вестник.- 2015.- Т. 11.- №. 4.- С. 44-48. 46.Мкртчян Ц.Л. Личность и слова: пути переосмысления // Вестник ЧГПУ.- 2013.- № 9.- С.113-120. 47.Муллагалиева Л. К. Онтологическое снятие первой сигнальной системы второй сигнальной системой // Вестник Башкирск. ун-та.- 2012. - №1. - С.301-302. 48.Нестерова А.А. Влияние базовых убеждений личности на адаптацию и жизнеспособность в ситуации потери работы // Ученые записки РГСУ. - 2010. - № 11. - С.150-153. 49.Никитенко М.А., Шаболтас А.В. Особенности детско-родительских отношений у лиц с зависимостью от табакокурения / Вестник СПбГУ. Сер. 12. - 2011. - Вып. 3. - С. 207-213. 50.Олпорт Г. Становление личности. Избранные труды. – Litres, 2015. - 183 с.

81 51.Павлов И.П. Динамическая стереотипия высшего отдела головного мозга. - М.: Гос. изд. – во мед. литературы, 1954. – 439 с. 52.Павлов С. Психолого-педагогические основы воздействия на потребителя информации в процессе общения лидеров вуза с целевой аудиторией при создании имиджа // Современные проблемы науки и образования. - 2013. - № 4. 53.Падун М. А., Тарабрина Н. В. Психическая травма и базисные когнитивные схемы личности // Московский психотерапевтический журнал. - 2003.- № 1. - С. 121 - 141. 54.Парыгин Б.Д. Социальная психология. Проблемы методологии, истории и теории. - СПб: ИГУП, 1999. – 592 с. 55.Петрова Т.Э., Каравашкин А.А. Проблемы формирования здорового образа жизни молодежи // Интеграция образования. - 2005. - № 4. - С.150-154. 56.Подопригора А.А. Психическая установка как категория бессознательного психики // Ученые записки РГСУ. - 2009. - № 2. - С.202-204. 57.Позняков В.П. Анализ социально-психологических исследований по проблеме табакокурения. Знание. Понимание. Умение. – 2015.- № 1. 58.Позняков В.П., Решетко С. А. Программа исследования типов психологического отношения к табакокурению (на примере некурящих представителей молодежи) // ЗПУ. - 2015. - №2. - С.270-276. 59.Позняков В.П., Хромова В.Л. Социально-психологические особенности отношения к табакокурению у курящих и некурящих мужчин и женщин (окончание) // ЗПУ. - 2009. № 1. - С.196-200. 60.Попов Л.М., Сиафетдинова Ф.З. Технология психологической помощи в преодолении наркозависимости // Учен. зап. Казан. ун-та. Сер. Гуманит. науки. - 2008. - № 3. - С.189-203. 61.Прокопьева Е. В. Введение в методологию нейролингвистического программирования: метод. указания к спецкурсу «Теория и практика нейролингвистического программирования». – Ростов н/Д, 2006. – 31 с.

82 62.Прокопьева Е.В. Ограничивающие убеждения как основание интолерантного отношения// Политическая толерантность в мультиэтническом регионе. Материалы межрегиональной конференции (Ростов-на-Дону, 11-13 ноября 2003 г.) - Ростов-на-Дону, 2003. 63.Профилактика аддиктивного поведения в образовательных учреждениях начального профессионального образования: работа педагога- психолога со старшими подростками: Учебно-методическое пособие. – Уфа: ИРО РБ, 2012. – 104 с. 64.Радугин А. А. Философия. – Москва: Библионика, 2006. 65.Семенова Р.У. М. Вебер: этика ответственности и этика убеждений (к вопросу о соотношении политики и морали) // Вестник ТюмГУ. - 2006.- № 2. - С.51-55. 66.Сенкевич Л.В., Базаркина И.Н. Специфика личностных ресурсов преодоления критических ситуаций и ненормативных кризисов у лиц зрелого возраста в разных культурно-исторических условиях // Вестник МГОУ. Серия «Психологические науки». - 2012. - № 4. - С. 13-21. 67.Сирота Н.А., Московченко Д.В. Психодиагностика базисных убеждений о болезни (результаты апробации русскоязычной версии опросника когнитивных представлений о болезни) //Национальный психологический журнал. - 2014. - № 2 (14). - С.70-79. 68.Смагин С. Ф. Аддиктивное поведение // Нева. – 2006. – №. 1. – С. 153- 165. 69.Смирнов В.К. Клиника и терапия табачной зависимости.- М., 2000. – 18 с. 70.Суховская О.А., Иванова С.С., Смирнова М.А. Уровень поведенческой регуляции курящих лиц //Вестник современной клинической медицины.- 2014. - № 4. – Т. 7. - С. 71-74. 71.Сушинский С.А. Я выбираю трезвость! – М.: МГИУ, 2008. – 172 с. 72.Томас У. Методологические заметки // Америк. соц. мысль / Под ред. В.И. Добренькова. − М., 1994. – С. 335–337. 73.Узнадзе Д.Н. Психологические исследования. - М.: Наука, 1996.

83 74.Усова Н.В. Жизненные убеждения личности с разным уровнем социальной зрелости // Изв. Сарат. ун-та. Сер. Акмеология образования. Психология развития. - 2012. - №4. - С.32-35. 75.Федотов И.А., Назаров Д.А. Первый опыт применения метода Г.А. Шичко в лечении пациентов с алкогольной зависимостью // Личность в меняющемся мире: здоровье, адаптация, развитие. - 2015. № 2 (9). - С.59-68. 76.Фекьяер Х. О. Алкоголь и иные наркотики: магические или химические вещества // Киев, МНАТ. – 1994 – 64 с. 77.Харькова О.А., Соловьев А.Г., Сидоров П.И. Локус контроля у женщин с никотиновой зависимостью во время беременности // Экология человека. - 2008. - № 5. - С.40-43. 78.Хван Н.В. Исследование взаимосвязи некоторых параметров ценностно-смысловой организации личности и ее временной перспективы // Вестник ТГПУ. - 2013. - №11 (139). - С.103-108. 79.Цыбиков Д.В., Найданов Б.Н. Особенности профилактики вредных привычек в среде студенческой молодежи // Вестник БГУ. - 2011. - № 13. - С.162-165. 80.Шичко Г.А. Разработка индивидуального психофизиологического подхода к избавлению от алкоголизма (Заключительный отчет). - Ленинград: Научно-исследовательский институт экспериментальной медицины АМН СССР. – 1981. 81.Шичко Г.А. Вторая сигнальная система и её физиологические механизмы. - Л.: Медицина, 1969. - 222 с. 82.Ядов В. А. Гипотеза об иерархической структуре диспозиций личности и ее социальной обусловленности / /Foresight. – 2013. - С. 31-39. 83.Bettcher D., e Silva V. L. C. Табак или здоровье // Здоровье во всех стратегиях. – 2012. – Т. 3. – Р. 225. 84.Becker H. Becoming a Marihuana User // The American Journal of Sociology. - 1953. - Vol. 59. - No. 3. - P. 235–242. 85.Clemence A., Doise W., Lorenzi-Cioldi F. The quantitative analysis of social representations. – Routledge, 2014.

84 86.Dilts R., Hallbom T., Smith S. Beliefs: Pathways to health and well-being. – Crown House Publishing, 2012. 87.Epstein S. Cognitive-experiential theory: An integrative theory of personality. – Oxford University Press, 2014. – Р. 12–18. 88.Hewstone M., Augoustinos M. Social attributions and social representations // The psychology of the social. – 1998. – Р. 60-76. 89.Leventhal H. The integration of emotion and cognition: a view from the perceptual–motor theory of emotion //Affect and cognition: the 17th annual Carnegie Symposium on cognition. Hillsdale (NJ). – 2014. – Т. 7. – Р. 121- 56. 90.Segal B. The study of addictive behavior in Alaska and Siberia / B. Segal, C. Korolenko // 8th International Congress on Circumpolar health. Yukon, 1990. — P. 23—26.World Health Organization. World health statistics 2015. – World Health Organization, 2015. – 161 р. 91.World Health Organization. World health statistics 2015. – World Health Organization, 2015. – 161 р.

85 ПРИЛОЖЕНИЯ

86 Приложение 1. Бланк анкеты «Убеждения о табакокурении" Уважаемый коллега! Просим Вас принять участие в изучении отношения современных россиян к курению. Мы заинтересованы в Ваших искренних ответах: здесь нет правильных и неправильных ответов, и для нас важны ИМЕННО ВАШИ мнение и опыт. Данное исследование является анонимным, от Вас не требуется указывать своё имя. Выразив свое мнение и поделившись собственным опытом, Вы окажете неоценимую помощь в изучении данного явления и в оказании помощи другим лицам, желающим преодолеть никотиновую зависимость. Благодарим за Вашу отзывчивость! I. Укажите, пожалуйста достоверные в отношении вас данные: Пол_________ Возраст_________ Образование___________________________________________ Курите ли Вы табачные изделия ________ Если не курите сейчас, то курили ли раньше ________ Стаж курения__________ Если Вы бросили курить, то сколько уже не курите _______________ Если Вы курите, желаете ли бросить _________ Сколько раз Вы предпринимали попытки бросить курить ___________ II. Закончите, пожалуйста, следующие предложения: 1. Здоровый образ жизни_____________________________________________________________ __________________________________________________________________ __________________________________________________________________. 2. Здоровье для человека _____________________________________________ _________________________________ , потому что _____________________ __________________________________________________________________.

87 3. Думаю, что курение_______________________________________________, т.к._______________________________________________________________. 4. Человек, который курит, __________________________________________ ___________________________________ , поскольку_____________________ __________________________________________________________________. 5. Курение в нашей стране___________________________________________ __________________________________________, потому что______________ _________________________________________________________________. Если Вы в настоящее время КУРИТЕ, закончите, пожалуйста, следующие предложения: 1. Для успешного человека курение ___________________________________ __________________________________, потому что_____________________ __________________________________________________________________. 2. Бросить курить обычно мешает____________________________________ __________________________________________________________________ _________________________________________________________________. 3. А мешает это потому, что_________________________________________ __________________________________________________________________ __________________________________________________________________. 4. Легче всего бросить курить человеку, который______________________ _________________________________________________, поскольку_________________________________________________________. 5. Труднее всего бросить курить человеку, который_____________________ ______________________________________________, т.к._______________ __________________________________________________________________. 6. Если бы _______________________________________________________ ________________________________________________________________ ___________________________________________, то бросить курить было бы намного проще. 7. Обычно снова курить человек начинает, потому что___________________ __________________________________________________________________ __________________________________________________________________. 8. Для меня бросить курить_____________________________________ __________________________________________, потому что ____________ __________________________________________________________________.

88 9. По отношению к тому, кто бросил курить, я испытываю _______________ __________________________________________________________________ ______________________________, поскольку___________________________ __________________________________________________________________. Если Вы БРОСИЛИ курить, закончите, пожалуйста, следующие предложения: 1. Для успешного человека курение __________________________________ _______________________________, потому что________________________ __________________________________________________________________. 2. Для меня бросить курить__________________________________________ ________________________, потому что ______________________________ __________________________________________________________________. 3. Бросить курить для меня стало важным, т.к.__________________________ __________________________________________________________________ __________________________________________________________________. 4. Бросить курить для меня стало возможным, потому что________________ __________________________________________________________________ __________________________________________________________________. 5. Поверить в возможность бросить курить мне помогло_________________ __________________________________________________________________ __________________________________________________________________. 6. В процессе бросания курить меня поддерживали следующие убеждения / жизненные принципы: ___________________________________________ __________________________________________________________________. 7. Преодолевать желание закурить мне помогало________________________ __________________________________________________________________.

89 8. Я никогда не начну курить снова, поскольку_________________________ __________________________________________________________________. 9. Человеку, который решил бросить курить, я бы сказал: «Самое главное -__ ___________________________________, потому что____________________ __________________________________________________________________.

90 Приложение 2. Словарь индикаторов категорий контент-анализа Категория Индикаторы 1 2 А – Тип убеждения А1 – Ограничивающее Человек который курит честнее всех остальных; убеждение честнее т.к. приближает свою смерть собственными силами. Для успешного человека курение как светофор зайцу. Бросить курить обычно мешают привычка и друзья которые тянут тебя под лестницу. Легче всего бросить курить человеку который не начинал курить; труднее всего бросить курить. Обычно человек начинает курить, т.к. уезжает от мамы и некому дать ему …; Бросить курить сложно т.к. я слабовольна. Для успешного человека курение – это отдых от стресса. Курение является основой общения. Курение – это занимательно. А2 – Поддерживающие Курение – геноцид; курение убивает. Курящий человек вредит себе и близким. убеждения Для успешного человека курение – болезнь. Бросить курить является освобождением. Бросить курить важно т.к. это шаг к ЗОЖ. Когда бросаешь курить самое главное понять «зачем», т.к. мотивация должна быть сильна. Курение – это зависимость, а значит несвобода. Курение отнимает силы. Бросить курить важно т.к. я хочу быть здоровой. Бросить курить важно, чтобы жить полной жизнью. Бросить курить важно т.к. хочу иметь здоровых детей. Бросить курить важно т.к. хочу жить в согласии с собой. Прочее курение – дорогое удовольствие; мешает курить, если человеку нравиться курить; легче всего ЗОЖ – это овсянка на завтрак; курение в нашей стране легально и доступно

91 Категория Индикаторы 1 2 В – Локализация субъективного опыта В1 – Окружение - сигарета - табак - люди - дома -на работе - вчера -на прошлой неделе В2 – Поведение -курить -избегать -вести ЗОЖ -сдерживаться -хотеть (хочу) - соблюдаю режим - отвечаю за последствия В3 - Способности - пагубно влияет на здоровье - приносит вред всем органам - легче всего бросать курить у кого сильная воля - никотин отрицательно влияет на здоровье человека -для успешного человека курение – минус - курение ужасно воняет - тот кто курит часто может болеть В4 - Ценности - здоровье для меня важно - здоровье - ценный ресурс - курение стало мешать моим нравственным ценностям - я справилась с курением, т.к. хочу здоровых детей - бросить курить мешает общение с курящими друзьями - человек, который курит, имеет на это право В6 - Идентичность - я мать двоих детей - я вольный человек - зависимый человек - курильщик - тот, кто курит, - глупый и безвольный

Вы просматриваете облегчённый вариант работы - только текст.

Комментарии

Чтобы оставить комментарий, вам необходимо авторизоваться