Пастухов А.Г. Темы и социальные топики в медиадискурсе // Дискурс современных масс-медиа в перспективе теории, социальной практики и образования. Мат-лы I Межунар. науч.-практ. конф. БелГУ 1-4 апреля 2014 г. / под ред. Е.А. Кожемякина, А.В. Полонского, А.Г. Ходеева. – Белгород: Константа, 2014. – С. 93-106.

Интегративный и универсальный характер медиатекста как слепка и фрагмента действительности в рамках медийного дискурса представляется актуальным с точки зрения изучения медиатекстов, созданных в различных дискурсивных средах и сообществах, ориентированных на отражение показательных фактов и процессов действительности в текстах самой широкой тематики, что является важной задачей в параметризации медиатекстов и, что главное, в попытке поиска новых инструментов анализа.

Массовая коммуникация. Журналистика. Средства массовой информации

Тип публикации: Статьи

Язык: Русский

Дополнительная информация:
ID: 6013e2a851c3c700019e7fa8
UUID: 44ad6120-444a-0139-bda3-0242ac180004
Опубликовано: 29.01.2021 10:25
Просмотры: 175

Current View

А.Г. Пастухов ТЕМЫ И СОЦИАЛЬНЫЕ ТОПИКИ В МЕДИАДИСКУРСЕ Особая социальная значимость текстов, функционирующих в средствах массовой информации (далее – медиатекстов) предопределила интерес к изучению многообразия медийных продуктов у специалистов самых разных отраслей – лингвистов, философов, социологов, культурологов, журналистов. Изучая медиатексты в различных плоскостях и аспектах, исследователи согласованно выделяют высокую степень вариативности и фрагментаризации современного медийного ландшафта. Одновременно интегративный и универсальный характер медиатекста как слепка и фрагмента действительности в рамках медийного дискурса представляется актуальным с точки зрения изучения медиатекстов, созданных в различных дискурсивных средах и сообществах, ориентированных на отражение показательных фактов и процессов действительности в текстах самой широкой тематики, что является важной задачей в параметризации медиатекстов и, что главное, попытке поиска выбора новых инструментов анализа. 1. Медиатемы и медиадискурсы. Изменение свойств медиатекста и прецедентов дискурса, в зависимости от элементов внешней реальности, которая окружает реципиента, показывает, что в его сознании возникают определенные стереотипы поведения, формирующие соответствующие для данного текста типы дискурсов. Динамическое изменение общественного пространства, в котором реализуются дискурсы медиа, влечёт за собой изменение стандартных характеристик медиатекста и, как следствие, всё новых и новых медиасфер, способных на проявление новых условий, формирующих, в свою очередь, специфические свойства медиатекста. С журналистской точки зрения медиадискурс формирует представления аудитории о политических событиях, ранжирует факты по определенным шкалам их социальной значимости, предоставляет обществу идеологические, когнитивные и аналитические услуги в виде интерпретаций, комментариев, рационального и эмоционально-образного осмысления политических реалий1. Особенности медиадискурса и стереотипные элементы медиатекста (здесь можно ещё раз вспомнить о неразрывности элементов в коммуникации), на наш взгляд, реально материализуют каждый элемент действительности. Кроме того, медиатексты действительно выступают как часть экстравертной фигуры – дискурса, не только потому, что они соположены ему и могут играть иную роль, но и потому, что сами могут быть дискурсом2, который объединяет средства, связывающие стереотипное коммуникативное поведение и референтные ситуации общения, нередко принципиально изменяющие всю семантику общения. 1 Русакова О.Ф. Медиадискурс как инструмент конструирования политической реальности // Масс-медиа и массовые коммуникации: статус научных и учебных дисциплин. Сб. науч. работ. Материалы Первого междунар. науч. коллоквиума 26-27 сентября 2013 г. – Белгород: БелГУ, 2013. – С. 96. 2 Прохоров Ю.Е. Действительность. Текст. Дискурс. – М.: Флинта: Наука, 2006. – С. 180-181. 93 Вслед за Д. Буссе и В. Тойбертом, под дискурсом мы понимаем тексты, охватывающие какую-либо тему, область знаний или концепт, состоящие из высказывания, коммуникации, функций, взаимосвязей и, благодаря перекрещивающимся фрагментам, образующих общие связи1. Аналогичного мнения придерживаются Кл. Фраас и З. Вихтер, которые считают, что дискурс означает наличие привязанности (связанности) с какой-либо общей темой. Набор находящихся в нашем распоряжении текстов делает их составляющей какого-либо дискурса. При этом тема «входит» в дискурс «интертекстуально», т.е. на основе взаимодействия собственно текстов2. Таким образом, каждый текст представляет собой шаг в направлении концептуального, зафиксированного на носителе, тематически связанного, ситуативно и временнó оформленного общественного употребления. Учитывая многочисленные определения дискурса, центральным местом остаётся вопрос о том, как реализуется дискурсивная тематика по отношению к конвенциональным попыткам её уточнения. Не случайно поэтому в данной статье мы намерены ликвидировать этот дефицит: рассмотреть результаты, представленные в общих чертах, а также ввести в оборот понятия, связанные с актуальной аналитикой дискурса для дальнейшего уточнения и расширения медиалингвистического инструментария, его практического использования. Известно, что традиционные и современные взгляды в обсуждении понятия тема связываются с лингвистическими моделями определения тематического развития, выступающими в качестве основы для применения на практике центрального понятия – дискурса. Распространив языковое содержание на медиадискурс – темы в этой области объективно отражают семантически связанное концептуальное знание – наши соображения исходят из того, что в медиадискурсе происходит тематическое связывание медиатекстов, а тематическое распределение реализуется через модели интертекстуальности и семантикотематической последовательности, отсылающие нас к аспектам тематической сочетаемости, вариативности, противопоставления и т.п., которые имеет смысл проанализировать более подробно. Кроме того, концепция медиатекста, как объёмного многоуровневого явления, дополняется устойчивой системой параметров, позволяющих дать его предельно точное описание с точки зрения особенностей и лингво-форматных признаков, а именно: способа производства, формы создания, формы воспроизведения, канала распространения, функционально-жанрового характера, а также (что важно) с позиций тематической доминанты, т.е. принадлежности к тому или иному устойчивому медиатопику.3 2. Что такое медиатопик? Со структурно-функциональной точки зрения, коммуникация – это проектируемый, управляемый и (количественно) измеряемый процесс, содержание и характер которого определяется функционально1 Busse, Dietrich & Teubert, Wolfgang: Ist Diskurs ein sprachwissenschaftliches Objekt? In: Busse, Dietrich, Hermanns, Fritz & Teubert, Wolfgang (Hrsg.) Begriffsgeschichte und Diskursgeschichte. – Opladen: Westdeutscher Verlag, 1994. – S. 10-28. 2 Fraas Claudia: Bedeutungsvarianz und Gebrauchswandel in Diskurstexten. In: Pohl, Inge (Hrsg.), Methodologische Aspekte der Semantikforschung. – Frankfurt/M.: Lang, 1996. – S.164-165. 3 Добросклонская Т.Г. Медиалингвистика: системный подход к изучению языка СМИ. – М.: МГУ, 2008. – С. 40. 94 стью каждого из элементов социальной и технической систем, участвующих в передаче и получении информации1. Можно предположить, что «набор единиц речи и их признаков в подобных случаях в принципе предсказуем, ожидаем. Подобные ожидаемые субъекты речи и их признаки формируют медиатопики2. Имеет смысл также уточнить, в какой степени и при каких условиях тема дискурса и связанная с ней оценка коммуникативной ситуации связаны с конкретным (чаще всего социальным) топиком, насколько они (топики) подвержены объективной динамике. Дискуссии о том, что такое 'тема текста' ведутся с давних времен. Они до сих пор не закончены, т.к. нет консенсуса, равно как и доступного и адекватного понятия темы3. В этой ситуации чаще всего приходится опираться на известную традицию, которая обнаруживает связанные с ней реалистические основы в объективации темы текста (дискурса), её характеристик, или, иными словами, определения «дискурсивных топиков», упомянутых ещё в 1976 г. Э. Окс-Кинан и Б. Шиффелин в рамках практического анализа диалога4. Развитые в дальнейшем В. Кляйном и Кр. Штуттерхайм5 как «концепции референциального движения», они получили в последнее время новое дыхание или даже ренессанс. Для более или менее длинных и сложных отрезков текста существует методика анализа, раскрывающая содержательные аспекты текста (текстовых сегментов). Эта модель, получившая в трудах К. Штуттерхайм название модель Quaestio6, не имеет строгого формального характера, а моделирует на основе психологических и текстолингвистических параметров коммуникативную задачу, т.н. quaestio текста (высказывания) с точки зрения выбора и организации информации.7 С опорой на классическую риторику, теория Quaestio (quaestio = суть спора, изучение в схоластической философии) означает вопрос, на который следует дать ответ или развернуть его непосредственно в речевом произведении (тексте). Quaestio, как основной вопрос содержания медиатекста, определяет: 1 Кожемякин Е.А. «Теория коммуникации» как научная и учебная дисциплина: от структурно-функциональной к интеракциональной парадигме // Масс-медиа и массовые коммуникации: статус научных и учебных дисциплин. Сб. науч. работ. Материалы Первого междунар. науч. коллоквиума 26-27 сентября 2013 г. – Белгород: БелГУ, 2013. – C. 44. 2 Садыкова Г.В. Медиатопик «экономика» в российских и американских электронных СМИ // Слово и текст: коммуникативный, лингвокультурный и исторический аспекты. Материалы междунар. науч. конф. – Ростов н/Д: НМЦ «Логос», 2009. – С. 318-320. (www.kpfu.ru) 3 Hoffmann, Ludger: Thema, Themenentfaltung, Makrostruktur. In: Sager, Sven u.a. (Hrgs.) Text- und Gesprächslinguistik. Bd.1. Textlinguistik. – Berlin & New York. 2000. – 344-355; Konerding Klaus-Peter: Probleme mit Topic und Fokus im Deutschen. In: Deutsche Sprache 31, 2004. – S. 209-237. 4 Ochs-Keenan, Elinor & Schieffelin, Bambi: Topic as a discourse notion a study in the conversation of children and adults. In: Li, Charles N. & Thompson, Sandra A. (Hrsg.) Subject and Topic. – New York u.a.: Academic Press, 1976. – p. 335-384. 5 Stutterheim, Christiane von: Prinzipien des Textaufbaus. – Tübingen: Niemeyer, 1996, а также: Klein, Josef . Frame als semantischer Theoriebegriff und als wissensdiagnostisches Instrumentarium. In: Pohl, Inge (Hrgs.) Interdisziplinarität und Methodenpluralismus in der Semantikforschung. – Frankfurt/M.: Lang, 1999. – S. 157-183. 6 См.: http://www2.hu-berlin.de/linguistik/institut/syntax/onlinelexikon/Q/quaestio_modell.htm 7 Stutterheim Chr. v.: Prinzipien des Textaufbaus. Empirische Untersuchungen zur Produktion mündlicher Texte. – Tübingen, 199. 95 (a) установление предмета сообщения как темы и возможную релевантность по отношению к конкретной области знания; (b) перспективу, связанную с ней закреплённость и структурацию имеющегося знания; (c) иерархическую организацию языковых единиц в структурах, которые раскрывают суть конкретного вопроса (Quaestio), а также: (d) фрагментарную организацию языковых единиц и её линеаризацию. Модель Quaestio является гибкой в своей применимости, т.к. она не ограничена жёсткими языковыми или грамматическими разделами, направленными на выяснение и объяснение существенных отношений между рече-текстовыми сегментами, используемыми в процессе производства речи1. В языковом плане подобные темы – в своей прототипической форме – нашли в дальнейшем отражение в т.н. ,Question of immediate concern (Вопросы одной неотложной задачи)2. Здесь мы также видим прямую взаимосвязь с современным принципом Quaestio, заключающемся в признании за текстом его динамической структуры. Привлечение для её исследования механизмов лингвистической референции нашло своё продолжение в определении т.н. референциального движения (referentielle Bewegung) в тексте. Согласно авторам данной концепции В. Кляйну и К. Штуттерхайм, референциальное движение – это способ, структура развертывания информации в тексте: от высказывания к высказыванию, в рамках, по крайней мере, обозначенных выше референциальных областей – предметной, локальной, темпоральной и ситуативной3. Тематической стабилизации способствует также и референциальное замещение (referential filling) – существование концептуальных доменов, определяющих семантико-концептуальные рамки фрагментов высказываний: личности/объекты, события/действия, место, время и модальные отношения (фактологичность, контрафактность, фикциональность). Все они с различной степенью влияния на свойство когерентности позволяют «кускам» текста включаться вновь, повторяться, расширяться, сужаться или перемещаться в другое место. Подходы прототипических форм Э. Окс-Кенан и Б. Шиффелин оказываются сегодня в своей основе стратегическими: дискурсивные топики или темы требуют своего уточнения, равно как и объёмы знания, с точки зрения учёта речепосреднической специфичности партнёров по интеракции. К этому можно добавить и то, что дескриптивные тексты затрагивают те области знания, которые в отношении деталированности определённых компонентов дискурса не 1 Сравн. развитие проблематики: Grommes, P.: Kohärenz im Gespräch. Dissertation. Humboldt-Universität Berlin 2005, а также: Klein W. & Stutterheim C. v. Quaestio und referentielle Bewegung in Erzählungen // LBer 1987/109. – S. 163-183; Klein W. & Stutterheim C. v. Textstruktur und referentielle Bewegung // LiLi. – 1992/86. – S. 67-92.; Klein W. & Stutterheim C. v. Quaestio and L-perspectivation. In: C. F. Graumann & W. Kallmeyer (Hrsg.) Perspective and Perspectivation in Discourse. – Amsterdam, 2002. – S. 59-88. 2 Ochs-Keenan, Elinor & Schieffelin, Bambi: Topic as a discourse notion a study in the conversation of children and adults. In: Li, Charles N. & Thompson, Sandra A. (Hrsg.) Subject and Topic. – New York u.a.: Academic Press, 1976. – p. 335-384. 3 Цит по: Кукушкина В.Н. Специфика референционного движения в рамках композиционно-речевой формы повествования «рассказ» (на мат-ле фрагмента книги В. Бюшера “Berlin – Moskau. Eine Reise zu Fuß”) // Научный вестник Воронежского гос. архитектурно-строительного университета. Серия «Современные лингвистические и методико-дидактические исследования». – №2(14). – 2010. – С. 38. 96 обнаруживают достаточной специфичности. Аргументативные тексты, наоборот, работают в тех областях, в которых требуется преферентное встраивание в контексты знаний высшего порядка, что необходимо с точки зрения ориентации на реципиента, как результат такого «встраивания»1. Последнее происходит, как правило, на основе наиболее типичных топиков в энтимемах2, причём эти топики предполагают относительно несложный характер когнитивной связи встраивания у потенциальных реципиентов. Существующее определение топика (от греч. topika, topos = место) – всеобщего учения о месте (внутри пространства или области знания) исторически связано с риторическим изложением какой-либо темы, систематическим соединением общих суждений, которые использовались в диспутах, речах и «должны были способствовать выбору целесообразных доводов». У Аристотеля под топиком понимается набор аргументивных форм или шагов для осуществления убеждающих шагов в диалектике или риторике. «Трансцедентальные топосы» И. Канта определены учением о «трансцедентальном месте», которое, в соответствии со своим употреблением, понимается как чувственное познание, чистое интеллектуальное знание (Verstandeserkenntnis) для того, чтобы не быть введённым в заблуждение относительно действующих понятий в познании не-чувственных предметов – вещи-в-себе (Ding-an-sich). В „Топологии бытия" у М. Хайдеггера находим показательные акценты топика, а именно, как «бытийно-исторического места», «любого эпохально открывающего пространства временнóй игры (Zeit-Spiel-Räume), в т.ч. при помещении мыслящего человека в (историческую) правду бытия3. Очевидно, что топики образуют особую систему, в которой (в соответствии с традицией) действуют её единицы – топы. Эта система носит рекурсивный характер и структурирует сложные смыслы, обеспечивая не только линеарность, но и объёмность, глубину. Топы являются единицами текста/дискурса и функционируют в естественном языке/речи её носителей.4 Не случайно, topic рассматривается сегодня как специальный объект лингвистики (прагмалингвистики), как понятие, близкое к понятию «тема». Сам термин «тема» и без того остаётся весьма многозначным: он очень часто соотносится с понятиями подлежащего (грамматического субъекта) или логического субъекта. При актуальном членении тема – это часть высказывания, которая содержит меньше всего информации и выражает уже известное, но даёт отправную точку для развертывания сообщения, для передачи нового, собственно коммуникации. В этом случае референция топика, вероятно, совпадает с назывной функцией, поэтому «тему» имеет смысл выделять только при противопоставлении известное / но1 Konerding, Klaus-Peter: Komplemente, Adjunkte und Informationsstruktur. Aspekte der Interdependenz von Lexik und Grammatik bei den thematischen Organisationen von Texten. In: Warnke, Ingo (Hrsg.) Schnittstelle Text – Diskurs. – Frankfurt/M.: Lang, 2000. – S. 149-162. 2 Энтимема – рассуждение, доказательство, в котором некоторые посылки либо заключение не формулируются в явной форме, но подразумеваются (Горский Д.П. и др. Краткий словарь по логике. – М.: Просвещение, 1991. – С. 200). 3 Цит. по: Philosophisches Wörterbuch. Alois Halder (Hrsg.) – Freiburg –Basel – Wien: Herder Spektrum, 2003. – S. 332. 4 Садикова В.А. Топика и лингвистика текста // Мир лингвистики и коммуникации: электронный научный журнал. – Тверь. – 2010. – № 3 (20). – Эл. ресурс: – Режим доступа: http://tverlingua.ru/archive/020/5_20.pdf 97 вое, а также тема / рема. В.А. Садикова справедливо пишет о том, что топ-тема относится не непосредственно к реальной действительности, а к плану объективно-субъективного отношения к ней со стороны коммуникантов. Тема, как и имя (в широком смысле), соотносится с действительностью в силу присущей словам назывной функции для логического выстраивания коммуникации, для взаимопонимания1. Топик можно квалифицировать как систему полных языковых знаков и одновременно своеобразную типологию высказываний. Топики предлагают не просто схемы построения, а структурно-смысловые (т.е. структурирующие смысл) единицы, имеющие отношение как к внутренней структуре языка, так и к внешнему миру, его отражению в речи. К такому пониманию высказывания вполне применимо его определение как «разновидности существования…»2. По всему видно, что оба термина – тема и топик – требуют своего уточнения, в особенности в сфере коммуникаций и медиа. Если сделать акцент на наиболее значимых для общества и обсуждаемых в медиа темах, получивших название медиатопиков и освещаемых в медиадискурсе (от новостей – до аналитики, очерков, хроник и т.п.), не сложно отметить их особое влияние на социально-политические и информационные процессы. Функционирование языка в обществе и обратное влияние общества на язык СМИ, на восприятие указанных процессов очевидно3, поэтому медиатопик – это прежде всего предмет речи в медиатексте4. Среди множества анализируемых медиатопиков выделим следующие: «Внутренняя политика», «Внешняя политика», «Происшествия», «Экономика». «Медиафигура», «Общество». Существуют и другие, свойственные медиадискурсам рубрикации, отражающие наиболее общие номинальные типы концептов: ПРЕДМЕТ, ПРЕДМЕТ (артефакт), ЛИЧНОСТЬ (персона), СОЦИАЛЬНАЯ ГРУППА (институция), СОБЫТИЕ, ДЕЙСТВИЕ, СОСТОЯНИЕ/ СВОЙСТВО, ЧАСТЬ/ОБЩЕЕ/ЦЕЛОЕ. Т.Г. Добросклонская пишет, что существенным параметром типологического описания медиатекстов является содержательная характеристика текста, которая позволяет выделить его тематическую доминанту, или принадлежность к одной из устойчивых, регулярно (!) освещаемых тем – медиатопику. Анализ содержательной стороны информационного потока демонстрирует 1 Садикова В.А. Топика: истоки и перспективы // Филол. науки. – 2009. – №1. – С. 47. Садикова В.А. Топика и лингвистика текста // Мир лингвистики и коммуникации: электронный научный журнал. – Тверь. – 2010. – № 3 (20). – Эл. ресурс: – Режим доступа: http://tverlingua.ru/archive/020/5_20.pdf 3 Ермолаева Е.Н., Геворгян М.В. Особенности реализации медиатопика «Война» в современном новостном дискурсе (на мат-ле англоязычных СМИ) // Политическая лингвистика. – №2. – 2012. – С. 71-74. 4 Садыкова Г.В. Медиатопик «экономика» в российских и американских электронных СМИ // Слово и текст: коммуникативный, лингвокультурный и исторический аспекты. Материалы международной научной конференции. – Ростов н/Д: НМЦ «Логос», 2009. – С.318-320. (www.kpfu.ru) 2 98 наличие устойчивых тематических структур, вокруг которых естественно организуются все тексты массовой информации, или медиаконтент. Можно сказать, что СМИ организуют, упорядочивают динамично меняющуюся картину мира с помощью устойчивой системы медиатопиков, или регулярно воспроизводимых тем, к которым относятся, например, такие темы, как: политика, бизнес, спорт, культура, погода, новости международной и региональной жизни и т.п.1 Суммируя сказанное, можно заключить, что темы могут позиционироваться в двух главных плоскостях: быть заключены в структуру логических вопросов, типа: Что? Где? Когда? Почему? и т.д. или другой группы вопросов, требующих ответа с «да» или «нет». Объективируемые при этом связи между дефицитом знания и вопросами экспликации и/или операционализации недостающих сведений с точки зрения их тематической принадлежности обнаруживают свой абстрактно-пропозициональный характер. Вопрос о том, насколько эти объёмы знания доступны без соответствующей пропозиционализации для рационально-рефлексивного рассмотрения, остаётся открытым. По крайней мере, в анализируемых дискурсивных сообществах2 и в рамках естественного языка в последнее время это может выступать как обязательный фактор. 3. Темы и их дискурсивная дифференциация: интертекстуальная связанность, вариативность, противопоставленность и развитие. Повторим, что дискурс первоначально представляет собой ансамбль доступных текстов, открытых для общественности, связанных общей темой. Соответственно, тема в дискурсе – это вопрос интертекстуального взаимодействия. Верно и обратное: тексты, связанные одной темой, интертекстуально формируют дискурс, состоящий из множества отдельных текстов. Тематическое распределение позволяет в этом смысле обеспечить: а) тематическую привязку текстов к дискурсу; (б) соответствие самих текстов их тематическому наполнению. Анализ с помощью модели тематической связанности весьма точно определяет градус интертекстуального связывания, изменения, контраста и развития тем. Тематическая интеграция разнообразных текстов в медиадискурсах и привязка их друг к другу представляет собой важный шаг для дальнейшего практического анализа. То, что текст является частью определенного дискурса и в значительной степени касается только лишь одной темы, которая, в свою очередь, конституирует соответствующий дискурс3. Если это «учредительное» условие выполнено, то, в соответствии с ним, должны быть выполнены и другие условия: текст – или его соответствующая часть гипотетически должны иметь одинаковую или, по крайней мере, схожую макропропозицию по отношению к другим текстам (или частям текста), составляющим дискурс. Таким образом, соответствующие тексты (их части) являются носителями, по меньшей мере, одного макро-концепта. Это означает, что тексты, основанные на общем макро-фрейме, выражают предикацию, которая заполня1 Добросклонская Т.Г. Медиалингвистика: системный подход к изучению языка СМИ. – М.: МГУ, 2008. – С. 43. Пастухов А.Г. Медиатексты в дискурсивных сообществах // Язык средств массовой информации как предмет междисциплинарного исследования: Мат-лы 2-й Междунар. конф. /Сост. М.Н. Володина. – М.: МАКС Пресс, 2008. – С. 209-212. 3 Конечно, они не обязательно должны быть доминирующей темой текста; вполне достаточно, если им посвящена лишь часть текста (=подтема). 2 99 ет соответствующие макро-фреймовые позиции – слоты (Makro-Frame-Slots). Репертуар заполненных слотов и сами заполнители могут распределяться следующим образом: Темы → Макро-концепты → Макро-фреймы В существующей модельной рамке элементы заполнения (Filler) одних и тех же слотов фреймовой рамки текстовыми предикатами сочетается с практическим анализом дискурса (напр. концепт ГЛОБАЛИЗАЦИЯ). Можно сказать, что практическое рассмотрение текстов относительно целей, фаз, последствий процесса глобализации c оформлением в конкретные высказывания может существенно отличаться друг от друга. Ниже показаны некоторые типичные «аспекты» раскрытия темы. Напр.: тематическая связанность (между текстом A и текстом B, и т.д.); реализация/заполнение одинаковых слотов (Slots); макро-концепт: ГЛОБАЛИЗАЦИЯ, базирующийся макро-фрейме ДЕЙСТВИЕ: Slot: цели → Filler → текст A:..., Filler текст B:..., и т.д., Slot: фазы → Filler → текст A: ..., Filler текст B: ..., и т.д. В тех случаях, когда необходимо объединить все аспекты одной и той же темы, целесообразно поговорить о т.н. «тематической вариативности». Тематическая вариативность одного или нескольких текстов наблюдается в том случае, когда реализация или заполнение слотов соответствующего макро-фрейма вступает в вариативные отношения (отношения обмена) с другими текстовыми предикациями. На основании этого можно выявить центральные, тематически детерминированные когерентные отношения между оформляющими дискурсы текстами. Они (эти определения) связаны с определенной операционализацией, которая может быть выведена в виде точных инструкций для практического анализа дискурса. Соответствующие отношения когерентности представляют целый ряд интертекстуальных отношений. Но далее они должны быть разведены: приведенные ниже четыре основания показывают необходимость их дифференциации по: "тематическому подобию", "тематическому изменению", "тематической разработке", "тематическому контрасту"1. Небезынтересным может показаться практический анализ содержания ведущих печатных российских медиа, представленных на портале zagolovki.ru. Данный ресурс предлагает сервис, позволяющий отслеживать темы в развитии, иными словами, объединять опубликованные материалы на основании одной темы. Эти «темы» даются ранжировано, т.е. с учётом реальной актуальности события. Темы, потерявшие свою актуальность, не исчезают совсем: по мере повышения интереса они снова могут попасть в топовые позиции списка. Примечательна и хорошая обзорность приводимого списка тем. Ср. рис.1. 1 Этот вывод навеян идеями Р. Кулена, в которых он упоминает о конструировании т.н. семантических браузеров. См.: Kuhlen, Rainer: Hypertext. – Berlin: Springer, 1991. – S. 262. 100 Рис. 1 Темы в развитии1. ОЛИМПИАДА 2014 РОССИЙСКАЯ ГАЗЕТА Превзошли ожидания Россияне гордятся итогами Олимпиады в Сочи 4 марта 2014 ТЕМА ДНЯ Путин вручил олимпийским призерам государственные награды 25 февраля 2014 СОВЕТСКИЙ СПОРТ Аделина Сотникова: Мне кажется, Путин меня помнит Олимпийские чемпионы собрались на приеме в честь завершения Игр в Сочи 25 февраля 2014 СИТУАЦИЯ НА УКРАИНЕ ТЕМА ДНЯ Крым зажил спокойной жизнью под властью автоматчиков неизвестной принадлежности 4 марта 2014 КОММЕРСАНТЪ В Крыму снимают маски На полуострове блокируют украинские воинские части 4 марта 2014 КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА Ах, Одесса! Антимайдан у моря… Корреспондент «КП» провела несколько дней в одном из самых либеральных городов Украины 4 марта 2014 ИНФЛЯЦИЯ В РОССИИ бавит МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ Маленькая вредоносная война. Центробанк против рубля Ужесточение денежно-кредитной политики инвестиций не при4 марта 2014 ТЕМА ДНЯ Слабеющий рубль вскоре повысит цены на продукты, признают в правительстве 3 марта 2014 МОСКОВСКАЯ ПРАВДА Рублевый вклад Инфляция в феврале составила 0,4 процента 28 февраля 2014 1 Заголовки. Что читать в электронных СМИ. Эл. ресурс. – Режим доступа: http://www.zagolovki.ru/ (4.03.2014) 101 Таким образом, медиареальность может восприниматься как особая социально-психологическая парадигма, конструирующая общественное сознание и моделирующая политическую конъюнктуру. Превратив политику в медиапроцесс и простимулировав соответствующие трансформации в процессе политических коммуникаций, медиа деформируют систему представительства гражданских интересов и влияют на изменения внутри тематического контента. Теория установления повестки дня, основная идея которой заключается в направленном влиянии медиа, показывает, что медийные сообщения вызывают изменения на информационном уровне и на уровне мнения индивидуальных реципиентов. Медиа предоставляют темы (не путать с тематизацией) для общественной коммуникации, структурируют и оценивают их. Под тематизацией же понимают параллельный процесс в «медийном обществе», способствующий акцентуации внимания с формированием некоторых правил по его привлечению. По этим правилам формируется и то, что мы называем «общественным мнением». Ныне этого внимания становится всё меньше, хотя сами правила используются более строго1. 4. Реализация тем и социальных топиков в медиадискурсе. Предполагается, что определённый набор медиатекстов обнаруживает единство в отношении какой-либо темы. Соответственно им противопоставлены одинаковые макрофреймы. Тематическая связанность одного или нескольких текстов проявляется там интуитивно, в особенности там, где речь идёт об одних и тех же «аспектах» темы: «практические действия», «события жизни», «повседневность», «логика места», «режим вовлечённости»2 и т.д. Конкретные интерпретации темы зависят от фокусировки внимания. Медиадискурс, как социальный институт, осуществляет медийный способ трансляции социально-значимых образов, идей, знаний, информации, который представляет собой определенный медиарежим3, является носителем социальнодемографических переменных и они вряд ли окажутся доказательными в толковании медийной повестки дня. Для выяснения роли медийных эффектов, основанных на использовании темы сообщения, учитывая их интенсивный характер, заметим всё же, что использование медиа связано главным образом с политическим интересом и политическим участием акторов в реализации повестки дня. Это участие может существенно стимулировать интерес к вопросам повестки с позиций внимательного изучения медиаконтента. Можно предположить, что наиболее внимательные в политическом отношении люди будут заинтересованы в более подробной информации из других источников. Пропорционально может изменяться отношение к конкретной теме (особенно через личный опыт), что фиксирует конкретные эффекты установления повестки дня. 1 Пастухов А.Г. Agenda setting, или установление повестки дня в медиатексте // Медиатекст: стратегии – функции – стиль : коллективная монография / Л.И. Гришаева, А.Г. Пастухов, Т.В. Чернышова (отв. ред.) – Орёл: Орловский государственный институт искусств и культуры, ООО «Горизонт», 2010. – С. 180. 2 Вахштайн B.C. Социология повседневности и теория фреймов. – СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2011. – 334 с. (Серия «Прагматический поворот»; Вып. 4). 3 Русакова О.Ф. Медиадискурс как инструмент конструирования политической реальности // Масс-медиа и массовые коммуникации: статус научных и учебных дисциплин. Сб. науч. работ. Материалы Первого междунар. науч. коллоквиума 26-27 сентября 2013 г. – Белгород: БелГУ, 2013. – С. 95. 102 Острая потребность в ориентации в событиях определяет важность тематической информации для получателя, будь то политический интерес или степень причастности к происходящим событиям. Всё это ведёт к повышению интенсивности использования медиа и, таким образом, косвенно к проявлению эффектов медийной и публичной повестки дня1. Для такой составляющей, как политический интерес, результаты также не являются однородными. Исследования показывают, что «сильная» повестка дня не означает автоматического повышения интереса к медиа со стороны читателей. Угрозы и негативизм, напротив, ведут к снижению медийных эффектов. А, например, серьёзные информационные темы воспринимаются гораздо более значительно, чем сами события. Поэтому сила медийного эффекта по отношению к отображаемой теме в немалой степени зависит от «навязчивости» (obtrusiveness) той или иной темы, т.е. от её непосредственной узнаваемости среди прочих тем (напр., рост курса доллара, выборы губернатора и т.п.). Другие тематические эффекты возможно ожидать и при более «непритязательных» (скрытых) темах, которые находятся за пределами ежедневного восприятия (напр., дипломатическая жизнь). Именно в них потенциал медийного воздействия будет оставаться достаточно высоким, т.к. медиа в этом случае останутся «информационными монополистами»2. Эмпирические результаты изучения последствий «навязчивого сервиса» не такие однозначные. Наиболее сильными будут всё же те, которые получаются на основе навязчивых тем, т.н. гипотеза „Cognitive-Priming“3. Благодаря ей личные настроения и опыт реципиентов вступают в зону «точной настройки». Установление границ «навязчивости» в его классическом понимании, как свойства темы, также оказывается проблематичным, но ровно настолько, насколько «навязчивость» темы изменяется от реципиента к реципиенту, отчего реальная роль темы может быть определена только участникам коммуникации. Г.-Б. Брозиус и Г.-М. Кеплингер не случайно говорят в этом смысле о т.н. «темах-убийцах» (Killer-Themen)4, которые в состоянии элиминировать другие темы из повестки дня или публичной агенды. Есть, наоборот, темыкатализаторы (Supporter Issues), которые «притягивают» другие и, тем самым, заметно улучшают качество журналистики, подогревают естественный интерес читателей (зрителей). 5. Заключение. С большой долей вероятности можно сделать вывод о том, что изучение медийного дискурса и медийной агенды сквозь призму тематического развертывания, с учётом факторов тематической конкуренции, структурации, ранжирования вполне может стать предметом отдельного исследования. «Продолжительность жизни» темы зависит от множества «конкурент1 Пастухов А.Г. Agenda setting или установление повестки дня в медиатексте // Медиатекст: стратегии – функции – стиль : коллективная монография / Л.И. Гришаева, А.Г. Пастухов, Т.В. Чернышова (отв. ред.) – Орёл: Орловский государственный институт искусств и культуры, ООО «Горизонт», 2010. – С. 176-179. 2 Kunczik, M., Zipfel A.: Publizistik. – Stuttgart: UTB, 2., durchges. u. aktualis. Aufl., 2005. – S. 362. 3 Demers David P.: Issue Obtrusiveness and the Agenda-Setting Effects on National Networks News // Communication Research 16. – 1989. – p. 793-813. 4 Brosius H-.B., Kepplinger H.-M. : Killer and Victim Issues. Issue Competition in the Agenda-Setting. Process of German Television. In: International Journal of Public Opinion Research. (7). – 1995. – pp. 211-231. 103 ных» тем. Даже если интенсивность медийного освещения событий остается постоянным в отношении одной темы, она всё равно может оказать влияние на тип и количество актуальных тем. Перспективным направлением, без сомнения, будет сравнение приоритетов тем всех имеющихся в нашем распоряжении медиа, их возможная интерпретация и получение статистически подкрепленных результатов, равно как и установление важнейших зависимостей в подтверждение описываемых гипотез. Однако, данные задачи содержат в себе и некоторую опасность: существование статистически доказанных отношений на макроуровне не должно ни в коем случае сопровождаться существованием аналогичных отношений на микроуровне – уровне индивидов, отдельных тем или различных медиа. Литература 1. Вахштайн B.C. Социология повседневности и теория фреймов. – СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2011. – 334 с. (Серия «Прагматический поворот»; Вып. 4). 2. Горский Д.П. и др. Краткий словарь по логике. – М.: Просвещение, 1991. – С. 200. 3. Добросклонская Т.Г. Медиалингвистика: системный подход к изучению языка СМИ. – М.: МГУ, 2008. – 203 с. Эл. ресурс: – Режим доступа: http://www.ffl.msu.ru/research/publications/dobrosklonskaya/dobrosklonskayamedialingvistika.pdf 4. Ермолаева Е.Н., Геворгян М.В. Особенности реализации медиатопика «Война» в современном новостном дискурсе (на мат-ле англоязычных СМИ) // Политическая лингвистика. – №2. – 2012. – С. 71-74. 5. Заголовки. Что читать в электронных СМИ. Эл. ресурс. – Режим доступа: http://www.zagolovki.ru/ (4.03.2014) 6. Кожемякин Е.А. «Теория коммуникации» как научная и учебная дисциплина: от структурно-функциональной к интеракциональной парадигме // Масс-медиа и массовые коммуникации: статус научных и учебных дисциплин. Сб. науч. работ. Материалы Первого междунар. науч. коллоквиума 26-27 сентября 2013 г. – Белгород: БелГУ, 2013. – С. 44. 7. Кукушкина В.Н. Специфика референционного движения в рамках композиционноречевой формы повествования «рассказ» (на мат-ле фрагмента книги В. Бюшера “Berlin – Moskau. Eine Reise zu Fuß”) // Научный Вестник ВГАСУ. Серия «Современные лингвистические и методико-дидактические исследования». – №2 (14). – 2010. – C. 36-46. 8. Пастухов А.Г. Agenda setting или установление повестки дня в медиатексте // Медиатекст: стратегии – функции – стиль : коллективная монография / Л.И. Гришаева, А.Г. Пастухов, Т.В. Чернышова (отв. ред.) – Орёл: Орл. гос. институт искусств и культуры, ООО «Горизонт», 2010. – С.171-185. 9. Пастухов А.Г. Медиатексты в дискурсивных сообществах // Язык средств массовой информации как предмет междисциплинарного исследования: Материалы 2-й Междунар. конф. /Сост. М.Н. Володина. – М.: МАКС Пресс, 2008. – С. 209-212. 10. Прохоров Ю.Е. Действительность. Текст. Дискурс. – М.: Флинта: Наука, 2006. 11. Русакова О.Ф. Медиадискурс как инструмент конструирования политической реальности // Масс-медиа и массовые коммуникации: статус научных и учебных дисциплин. Сб. науч. работ. Материалы Первого междунар. науч. коллоквиума 26-27 сентября 2013 г. – Белгород: БелГУ, 2013. – С. 96. 104 12. Садикова В.А. Топика и лингвистика текста // Мир лингвистики и коммуникации: электронный научный журнал. – Тверь. – 2010. – № 3 (20). – Эл. ресурс: – Режим доступа: http://tverlingua.ru/archive/020/5_20.pdf 13. Садикова В.А. Топика: истоки и перспективы // Филологические науки. – 2009. – №1. – С. 47–56. 14. Садыкова Г.В. Картина мира в англоязычных и русскоязычных электронных СМИ (на мат-ле новостных текстов Yahoo!News и «РИА Новости») // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. – №4. – 2012. Эл. ресурс: – Режим доступа: http://www.online-science.ru/m/products/filologicheskie-nauki/gid178/pg5/ 15. Садыкова Г.В. Медиатопик «экономика» в российских и американских электронных СМИ // Слово и текст: коммуникативный, лингвокультурный и исторический аспекты. Материалы междунар. науч. конф. – Ростов н/Д: НМЦ «Логос», 2009. – С.318320. (www.kpfu.ru) 16. Brosius, H-.B., Kepplinger, H.-M. : Killer and Victim Issues. Issue Competition in the Agenda-Setting. Process of German Television. In: International Journal of Public Opinion Research. (7). – 1995. – pp. 211-231. 17. Busse, Dietrich & Teubert, Wolfgang: Ist Diskurs ein sprachwissenschaftliches Objekt? In: Busse, Dietrich, Hermanns, Fritz & Teubert, Wolfgang (Hrsg.), Begriffsgeschichte und Diskursgeschichte. – Opladen : Westdeutscher Verlag, 1994. – S. 10-28. 18. Demers, David P.: Issue Obtrusiveness and the Agenda-Setting Effects on National Networks News // Communication Research 16. 1989. – p. 793-813. 19. Fraas, Claudia: Bedeutungsvarianz und Gebrauchswandel in Diskurstexten. In: Pohl, Inge (Hrsg.), Methodologische Aspekte der Semantikforschung. – Frankfurt/M.: Lang, 1996. – S. 163-178. 20. Fraas, Claudia / Michael Klemm (Hg.): Mediendiskurse. Bestandsaufnahme und Perspektiven. Frankfurt am Main u.a.: Lang, 2005. – S. 1-8 (= Bonner Beiträge zur Medienwissenschaft 4) 21. Grommes, P.: Kohärenz im Gespräch. Dissertation. Humboldt-Universität Berlin, 2005. 22. Hoffmann, Ludger: Thema, Themenentfaltung, Makrostruktur. In: Sager, Sven u.a. (Hrgs.) Text- und Gesprächslinguistik. Bd.1. Textlinguistik. – Berlin & New York, 2000. – S. 344355. 23. Klein, W. & Stutterheim, C. v. Quaestio und referentielle Bewegung in Erzählungen // Linguistische Berichte. – 1987. – No.109. – S. 163-183. 24. Klein, W. & Stutterheim C. v. Textstruktur und referentielle Bewegung // Linguistik und Literatur (LiLi). – 1992/86. – S. 67-92. 25. Klein, W. & Stutterheim, C. v. Quaestio and L-perspectivation. In: C. F. Graumann & W. Kallmeyer (Hrsg.) Perspective and Perspectivation in Discourse. – Amsterdam, 2002. – S. 59-88. 26. Klein, Josef: Frame als semantischer Theoriebegriff und als wissensdiagnostisches Instrumentarium. In: Pohl, Inge (Hrgs.) Interdisziplinarität und Methodenpluralismus in der Semantikforschung. – Frankfurt/M.: Lang, 1999. – S. 157-183. 27. Konerding, Klaus-Peter: Komplemente, Adjunkte und Informationsstruktur. Aspekte der Interdependenz von Lexik und Grammatik bei den thematischen Organisationen von Texten. In: Warnke, Ingo (Hrsg.) Schnittstelle Text – Diskurs. – Frankfurt/M.: Lang, 2000. – S. 149-162. 28. Konerding Klaus-Peter: Probleme mit Topic und Fokus im Deutschen. In: Deutsche Sprache 31, 2004. – S. 209-237. 29. Konerding, Klaus-Peter: Diskurse, Themen und soziale Topik // Fraas, Claudia / Michael Klemm (Hg.): Mediendiskurse. Bestandsaufnahme und Perspektiven. – Frankfurt am Main u.a.: Lang, 2005. – S. 9-38 (= Bonner Beiträge zur Medienwissenschaft 4 ) 30. Kuhlen, Rainer: Hypertext. – Berlin: Springer, 1991. – S. 262. 105 31. Kunczik, M., Zipfel A.: Publizistik. – Stuttgart: UTB, 2., durchges. u. akt. Aufl., 2005. – S. 362. 32. Ochs-Keenan, Elinor & Schieffelin, Bambi: Topic as a discourse notion a study in the conversation of children and adults. In: Li, Charles N. & Thompson, Sandra A. (Hrsg.) Subject and Topic. – New York u.a.: Academic Press, 1976. – p. 335-384. 33. Philosophisches Wörterbuch. Alois Halder (Hrsg.) – Freiburg –Basel – Wien: Herder Spektrum, 2003. – S. 332. 34. Stutterheim Chr. v.: Prinzipien des Textaufbaus. Empirische Untersuchungen zur Produktion mündlicher Texte. – Tübingen, 1996. 35. Wichter Sigurd: Gespräch, Diskurs und Stereotypie. In: ZGL, 27, – 1999. – S.261-284. У. Перси СОВРЕМЕННАЯ ИТАЛЬЯНСКАЯ ЖУРНАЛИСТИКА: ФОРМА ДОСТУПА К РЕАЛЬНОСТИ? Каждая культура вырабатывает собственное и особое отношение к понятию «объективность» и в любой культуре оно может меняться по разным причинам, из-за политических перемен или просто из-за череды эпох со всеми их особенностями и характеристиками. Как итальянская культура относится к объективности? Первый и, может, несколько упрощенный шаг к рассмотрению этой проблематики – обращение к словарям итальянского языка. Достаточно удивительно, что как словарь A. Gabrielli (Grande dizionario illustrato della lingua italiana, Milano 1989), так и словарь Devoto-Oli (Vocabolario della lingua italiana, Firenze 1979) не связывают объяснение понятия «obiettività» с практикой журналистики. В их объяснениях оба словаря придерживаются довольно отвлеченных концепций и не прикладывают объективность к какой-нибудь профессиональной деятельности. В словарях французского и в особенности английского языка, наоборот, ссылка на профессиональное дело связывается с определениями понятия «объективность», выраженными посредством таких прилагательных, как, например, «беспристрастный», «уравновешенный», «лояльный», то есть значений, ссылающихся на поведение, считаемое справедливым, законным и необходимым со стороны общественных деятелей, в частности в странах более устойчивых демократических традиций. В определениях вышеупомянутых словарей чувствуется еще не разорванная связь с духом позитивизма XIX века и отсутствуют намеки на эпохальные изменения, которым подверглись СМИ и которые они, в свою очередь, внесли в понятие «объективность». Распространение в массы журнализма, кино, телевидения, радио, интернет, коренным образом изменило перцепцию людьми социального мира и отношения с его «действительностью». Необходимо иметь в виду, что упомянутые определения итальянских словарей не учитывают «теку106

- у работы пока нет рецензий -